[Зогар Саг]

На пороге столицы

Бельверус, некогда сияющая гордость Хайбории, теперь напоминал гниющий труп исполина, обглоданный ненасытными стервятниками. Великие библиотеки превратились в пепелища, где ветер гонял серые ошметки бесценных свитков, а широкие проспекты были завалены руинами и трупами, которые никто не спешил предавать земле.

В самом сердце этого хаоса, в полуразрушенном королевском дворце, засел тот, кого шепотом называли «Королем Руин».

Тор-Ивар был плодом соития двух самых суровых окраин мира. Его мать была женщиной из высокогорных кланов Гандерланда, хранившая в себе архаичнуюк кровь древних гиборийцев, а отец — ванирским ярлом, пришедшим из ледяной ночи. Этот полукровка обладал массивным телосложением северного титана и угрюмым, практичным умом гандера. У него были медно-рыжие волосы, заплетенные в тугие косы по обычаю предков, и глаза цвета свинца.

Он не просто захватил Бельверус — он превратил его в логово. Под его началом стояло дикое, разношерстное воинство: яростное племя асиров, видевших в нем своего полубога; перебежчики-аквилонцы, привлеченные звонкой монетой; кучка киммерийцев-изгнанников и даже отдельные гирканцы, нашедшие в руинах столицы временный приют. Тор-Ивар сорил золотом. Он заявлял, что нашел в подземельях остатки королевской казны Брагора, и это привлекало к нему всё новых искателей удачи. Но правда была куда более ядовитой.

В глубоких подземельях замка Алтара, там, где воздух был пропитан запахом древних склепов, Горгорий Валент склонился над чашей из черного обсидиана. Атла стояла рядом, в её руках пульсировало магическое пламя, окрашивая её лицо в мертвенно-фиолетовый цвет.

— Смотри, сын мой, — прошелестела она. — Смотри в само сердце металла.

Горгорий опустил пальцы в горсть золотых монет, принесенных его лазутчиками из Бельверуса. Он закрыл глаза, и его сознание скользнуло сквозь время и пространство, ведомое ахеронским заклятием «Взора Сквозь Сущность».

Перед его внутренним взором возникли не немедийские сокровищницы, а раскаленные горны Тарантии. Он увидел чеканщиков в кожаных фартуках и штандарты с золотым орлом. На монетах, которые Тор-Ивар выдавал за немедийские, под слоем тонкой позолоты скрывалась сталь и клеймо Аквилонской Империи.

— Вимарк... — прошептал Горгорий, и его желтые глаза вспыхнули яростью. — Старый гандер решил удушить нас руками своего «кузена». Он кормит пса, чтобы тот лаял у нашего порога.

— Вимарк сейчас занят усмирением Аргоса, — Атла хищно оскалилась. — Его взор обращен на Юг. Он думает, что Немедия будет вечно грызться за кость, которую он бросил этому полукровке. Он забыл, что в горах проснулся Дракон.

Горгорий медленно поднялся, полы его мантии, сплетенной из волос мертвых женщин, зашуршали по камням.

— Настало время вырвать эту кость. Тор-Ивар думает, что он хозяин столицы. Он не знает, что он — лишь жертва, предназначенная для освящения моего вступления в права.

В лагере Горгорий созвал совет. Граф Лотт из Ганумара, как всегда, сидел развалившись в кресле, поглаживая эфес своего золоченого меча.

— Мы стоим здесь, пока какой-то варвар спит в королевской опочивальне! — гремел Лотт. — Мои латники изнывают от безделья. Дайте мне авангард, и я снесу голову этому выскочке!

Горгорий посмотрел на него с тонкой улыбкой.

— Тор-Ивар силен, граф. У него асирские вояки и аквилонская сталь.

— Вы боитесь его, барон? — Лотт дерзко вскинул подбородок. — Или ваша магия бессильна против гандерландского упрямства?

— Напротив, граф, — голос Горгория стал вкрадчивым, как шуршание песка. — Я хочу, чтобы именно вы, как истинно благородный рыцарь, нанесли первый удар. Тор-Ивар засел в южных кварталах. Пока мои горцы и люди Хьялмара будут обходить город с востока, ваш «Золотой полк» могут нанести удар через южные вороты. Никто, кроме вас Лотт, не располагает достаточными силами, чтобы проломить заслоны Тор-Ивара.

Лотт, ослепленный собственной важностью, не заметил ловушки. Он видел лишь славу «освободителя Бельверуса», которая поможет ему втянуть Ливиллу в свою постель.

— Завтра на рассвете! — выкрикнул Лотт. — Мы ворвемся в город!
Хьялмар, стоявший в тени, с интересом смотрел на Горгория. Когда совет разошелся, асир с утробным смешком сказал:

— Ты посылаешь его на смерть. Тор-Ивар ждет атаки с юга. Там его лучшие воины и баррикады.

— Именно, Хьялмар, — Горгорий подошел к окну, глядя на багровое зарево заката. — Лотт хочет быть героем. Пусть он им станет. Он свяжет боем наемников Тор-Ивара и заставит его потратить запасы «адской смеси» от Вимарка. А когда они захлебнутся кровью друг друга...

Он поднял руку, и между его пальцев пробежала искра черного пламени.

— ...Тогда из теней выйдет истинный король. И Бельверус узнает, что такое настоящий ужас. Не варварский набег, а ледяная хватка Ахерона, возвращающего свое.