Хайборийский Мир  

Вернуться   Хайборийский Мир > Обо всем > Творчество
Wiki Регистрация Справка Пользователи Календарь Поиск Сообщения за день Все разделы прочитаны

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 25.12.2018, 12:36   #71
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Роженица

Полная Луна, взошедшая над мангровыми зарослями, осветила небольшой остров, затерянный меж проток и лагун. Его окаймлял круг из больших костров, в которых корчились, сгорая в ярком пламени, связанные жертвы. Крики несчастных разносились по всем болоту, но даже они не могли заглушить рокот барабанов, в которые колотили сидящие возле костров негры. Другие чернокожие, раскрашенные подобно дьяволам Ада, извивались в неистовом танце внутри огненного круга, выкрикивая гортанные песнопения. Белки глаз сверкали кровожадным блеском, полные губы раздвигались, обнажая подпиленные зубы.


А в центре острова возвышался большой гранитный монолит в десять футов, на вершине которого покоилась резная фигурка из черного камня. Ужасающее существо, напоминавшее одновременно летучую мышь, осьминога и гротескную пародию на человека. Его лицо напоминало уродливую бородатую личину, но вместо волос в той бороде переплетались длинные щупальца, спускавшиеся до середины груди идола. Заостренную макушку покрывала необычайно лохматая шевелюра, из которой торчали два длинных изогнутых рога. Огромные выпученные глаза, казалось, злобно вглядываются в ночную мглу, большой рот скалился острыми клыками. Передние и задние лапы существа оканчивались огромными когтями, а на спине распахнулись перепончатые крылья.


Под монолитом, сливаясь в сладострастном упоении похотью, извивались в грязи два людских тела. Огромный мулат, с блестевшей от пота кожей, с звериным рычанием, входил в распластавшуюся под ним обнаженную женщину. Черные пальцы терзали белую грудь, до боли сжимая соски, ставшие почти столь же алыми, что и волосы и глаза женщины. С искусанных губ срывались сладострастные стоны, стройные ноги сжимали смуглый торс, направляя его в себя. Пламя костров причудливо отражалось в ярко-красном камне на шее женщины, а ее сладострастные стоны сливались с барабанным боем, гортанными песнопениями и воплями сгоравших заживо жертв.


Все они, по-крайней мере те, в ком еще угадывались расовые черты, были белыми.


К западу от столицы Аргоса Мессантии, нижнем течении Громовой тянется Лусиана: самая плодородная провинция Зингары, владение могущественных земельных магнатов, охотно ведущих дела с аргосскими «торгашами». Множество мессантийских купцов стекаются к устью Громовой, покупая зерно, вино и сахарный тростник. Взамен зингарские аристократы получают шелк, пряности и предметы роскоши со всего света, а также черных рабов - тысячи негров от заката до рассвета гнут спины на зингарских плантациях. Многие из них, не вынося тяжелого труда и издевательств шемитских надсмотрщиков, бегут, находя убежище в мангровых зарослях, отделяющих Лусиану от побережья. Беглые рабы мстят бывшим хозяевам, убивая и зингарцев и аргосцев и прочих белых, имеющих несчастье попасться им в руки. Иных из тех пленников ждет участь и похуже: их крепко привязывают к дереву, после чего от них отрезают части тела, стараясь, чтобы жертва не умерла сразу. Такие пленники могли жить несколько дней, наблюдая как части их тел пожирают на каннибальской трапезе, пока меч или топор черных мясников не перерубал нити их жизни. Другие пленники претерпевали еще более изощренные пытки, испуская дух на алтаре черных богов из джунглей Куша. Самая же тягостная участь ждала похищенных женщин: подвергаясь невыносимым унижениям, они живут в рабстве у чернокожих, по много раз на день заставляющих пленниц удовлетворять их звериную похоть.


Однако женщина, которую брал перед черным идолом звероподобный мулат, не была пленницей или рабыней. Она была колдуньей из далекого города на Западе, жрицей огненного бога – не менее жестокого, чем божки чернокожих. В сердце лусианских болот Красная Ведьма разыскала Джанго, «короля» беглых рабов и пообещала ему свершить великую месть бывшим хозяевам. Джанго не сразу поверил ей, но потом, когда она убедила его в своей колдовской силе – согласился провести обряд, что помог бы ей одержать верх над лусианскими рабовладельцами.


С низким утробным рыком, подобно огромной горилле, он вошел в податливую плоть, чувствуя как его семя извергается в женские недра. Гибкое, блестящее от пота тело, выгнулась дугой, с губ женщины сорвался протяжный вой, когда она почувствовала, как внутри нее зарождается темная, противоестественная жизнь. Поднявшийся на ноги Джанго, увидел как плоский красивый живот, на который он стряхивал последние капли, вдруг разбух, словно разом отяжелев плодом. Алые глаза засветились призрачным светом, с прокушенной губы потекла струйка крови. Вдруг ярко вспыхнули костры, вырастая втрое выше обычного, разом сжигая как тела принесенных в жертву, так и бивших в барабаны негров. Нелюдской раскатистый хохот пронесся по мангровым зарослям и с губ Мелисандры, зеркально повторившись, сорвался столь же жуткий смех. Она почувствовала как тяжесть внизу живота бьется, наполняя ее тело мучительной болью и судорожно развела ноги, тужаясь и выталкивая из себя чудовищный плод. На один страшный миг она подумала, что ее разорвет на части, с ее губ сорвался душераздирающий крик , но тут же ее тело охватило невероятное облегчение. Черная тень поднялась меж бедер Красной Женщины, заставив Джанго в испуге отшатнуться: он признал знакомые черты в явившемся перед ним призрачном лике. Вновь раздался жуткий хохот и тень, взмыв ввысь, растаяла в ночном небе.



Барон Римерио давал пир в своей усадьбе, на острове посреди Громовой Реки. Два дня назад пришло известие о победе над войском Эскадо и неведомыми захватчиками с Запада, сеявшими смуту и раздор по всей Зингаре. Сейчас войско самозванца разбито, а само он бежит к Кордаве. Среди победителей был и сын Римерио - юный Сезар, также как и многие другие сыновья лусианской знати. Немудрено, что Римерио пожелал отпраздновать эту победу. С утра по усадьбе сновали черные рабы, сгибавшиеся под тяжестью корзин с разной снедью. Другие рабы трудились в апельсиновых садах и на полях, простершихся по обе стороны Громовой, дабы успеть до полудня собрать лучшие из плодов плантации Римерио. В саду жарились на огромных вертелах истекавшие жиром туши свиней и овец, пока рабы-повара, поливали мясо острой подливой.


Гости начали съезжаться к полудню – к этому времени уже был накрыт стол на летней веранде усадьбы, с видом на Громовую реку. Через нее тянулись широкие крепкие мосты по которым, с обеих берегов, на остров съезжались хозяева самых богатых и обширных владений: кто верхом кто , в повозках, запряженных тройкой лошадей , кто на богато украшенных барках, с крытым верхом, в усадьбу стягивались. В роскошной карете прибыл Публий - богатый купец из Мессантии, один из главных торговых партнеров Римерио. Толстый и важный, разодетый в шелка и драгоценности, он восседал на почетном месте за столом, промокая шелковым платком лысину и провожая масляным взглядом мельтешащих вокруг молоденьких рабынь.


Сам Римерио восседал во главе стола: могучий мужчина, пятидесяти пяти лет от роду, уже грузный, но еще не потерявший воинской стати. Густые черные волосы, пусть и тронутые сединой, прикрывала широкополая шляпа, защищавшая от палящего солнца. Острые черные глаза внимательно осматривали гостей, не пропуская не единой мелочи. Все гости были чем-то обязаны Римерио и этим пиром, барон надеялся закрепить свое влияние в Лусиане, а там глядишь – и во всем королевстве. Пусть юный Олегаро разбивает лоб, сражаясь с армией Эскадо и красных жрецов. Королем ему не быть - зингарская знать никогда не примет пуантенца на троне. Им станет кто-нибудь другой - и почему бы не один из богатейших и благороднейших дворян Зингары? Римерио глянул на Публия – его присутствие здесь не случайно, так как Аргос больше всех заинтересован в короле из Лусианы на зингарском престоле.


За спиной Римерио застыла с кувшином вина молодая смуглая девушка, с вьющимися черными волосами. Простое хлопковое платье плотно обтягивало соблазнительные формы молодого крепкого тела. Черты лица, слишком правильные для негритянки, имели смутно уловимое сходство с чертами самого Римерио – барон, владевший жизнью и смертью всех своих рабов, никогда не отказывал себе в развлечениях со смазливыми чернушками. Из всех его незаконнорожденных отпрысков, Джана получилась лучше всех: красивая, смышленая, расторопная…и безотказная. Полная противоположность самому большому его разочарованию – ее единокровному брату Джанго. Этот неблагодарный мерзавец, которого Римерио прочил в главного над надсмотрщиками, был пойман на краже драгоценностей покойной жены Римерио. За воровство рабу полагалось усекновение рук, но барон пожалел родную кровь, ограничившись изгнанием. Теперь он сожалел о том неуместном милосердии - Джанго примкнул к шайкам беглых рабов и с тех пор с особым ожесточением тревожил именно владения отца.


-Налей мне еще,- проворчал Римерио, подставляя кубок,- и обойди гостей, посмотри у кого не налито. Особенно не забывай про аргосца.


Мулатка кивнула и, наполнив кубок Римерио, развернулась к гостям. Барон не удержавшись, с силой хлопнул по круглому заду, так что Джана едва удержалась на ногах. В черных глазах блеснула ненависть, тут же скрытая длинными ресницами. Барон не обратил на это внимания: дождавшись пока все кубки наполнятся, он встал и тут же все разговоры смолкли.


- Все мы знаем, ради чего мы собрались тут,- громко сказал он,- и во имя кого сейчас сражаются наши сыновья и внуки . Выпьем же за это имя, - нам оно пока неизвестно, но мы уже сейчас верим, что это будет достойнейший.


Он сделал паузу, еще раз обводя взглядом присутствующих, желая чтобы они как следует, прониклись значимостью сказанного.


-Выпьем за короля!- сказал он, поднимая кубок и от всего стола отозвался одобрительный гул: гости явно правильно поняли заложенный в словах намек. Отовсюду послышался звон бокалов и громкие возгласы. Римерио тоже пригубил от кубка, но тут же поперхнулся и закашлялся, пытаясь отдышаться. Гости обратили на него изумленные взоры, однако барон, пораженный и испуганный, глядел не на них, а на простиравшуюся в двадцати футах от веранды реку. Гости проследили за его взглядом и их лица тоже исказил страх.


Солнце внезапно зашло за тучу и в этот момент на поверхности реки словно из неоткуда появилась черная тень. Высокая, выше любого из людей, не теряющая своей черноты даже при солнечном свете, тень эта бесшумно скользила по воде, выходя на берег. В занесенной над головой руке виднелось большое копье с широким наконечником. Но не это заставило Римерио застыть на месте с выражением крайнего ужаса на лице. В лице тени, пусть и смазанным чернильно-черным мраком, легко угадывались знакомые черты: припухлые губы, узкий «породистый» нос и, самое главное,- глаза, горевшие лютой ненавистью. Римерио узнал этот взгляд и эту ненависть - именно так смотрел Джанго, когда барон выгонял его с плантации.


Тень подошла совсем близко, обогнув стол и встав перед бароном. Тот, опомнившись, выхватил меч, но острое лезвие вошло в призрачное тело, не встретив сопротивления и не причинив ему вреда. В ответ, подобно атакующей змее, ударило копье и барон, покачнувшись, рухнул на стол, опрокидывая кубки с вином и блюда с роскошными яствами. Из страшной раны на груди толчками выплескивалась кровь, также как и из широко открытого рта.


Гости, выйдя из оцепенения, разразились громкими криками, вскакивая из-за стола. Многие прибыли на пир при оружии, но большинство оставили их в оружейной, ключ от которой барон держал на шее. Те же, кто ни за что не соглашался расстаться с мечом или шпагой, пытались поразить призрачную нежить, но их клинки не причиняли ей ни малейшего вреда. В отличие от самой тени - призрачное копье с одинаковой легкостью пронзало и плоть и одежду и укрытый под ней доспех. Крики и предсмертные стоны разносились над садом, пока черный великан, словно исполняя дикий и страшный танец, скакал по столу, нанося удар за ударом и вскидывая над головой окровавленное копье. Когда же он закончил на веранде не осталось лусианцев – только перепуганные черные слуги. Черный призрак посмотрел на испуганную Джану и на лице его вдруг появилась улыбка – столь хорошо знакомая мулатке. Он подмигнул ей и скользнул к реке, растворяясь в ее водах. И в этот же миг из-за туч вновь выглянуло солнце.


Джана подошла к телу Римерио и с трудом стянула с жирной шеи серебряную цепочку с большим железным ключом.


-Боги дали нам знак!- крикнула она, поворачиваясь к черным рабам,- наши боги, боги Куша и Кешана, Дарфара и Томбалку. Они явились, дабы освободить от хозяев. Возблагодарим же их за это кровью зингарцев!


Она еще не кончила говорить, а черные уже кричали, в восторге срывая с себя данные хозяевами одежды и пускаясь в дикий пляс. Слова ее пали на благодатную почву, где давние обиды на хозяев слились с дикарским фанатизмом, с коим черные чтили своих богов. Подобрав мечи убитых хозяев, черные убили стражников, охранявших оружейную, забрали оружие и начали всеобщее истребление белых. Черный дым от сгоревшей усадьбы поднимался в небеса, кровь ручьями стекала в реку и гортанные торжествующие крики перекрывали жалобные стоны насилуемых дочерей и жены Римерио.


Мятеж быстро выплеснулся за границы плантации Римерио, когда до рабов дошли слухи о гибели хозяев от руки древних богов. Масла в огонь подлили беглые рабы, вышедшие из мангров во главе с Джанго. Они призывали невольников кричать, убивать и веселиться во славу Древних Богов. Вскоре вся Лусиана запылала всеуничтожающим огнем свободы и кровавого экстаза

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Этот пользователь поблагодарил Зогар Саг за это полезное сообщение:
хурин (25.12.2018)
Старый 28.12.2018, 22:32   #72
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Беглянка



-Вы уверены, что не хотите остановиться на ночлег? – лицо Бриенны закрывал шерстяной платок, защищавший ее от холода, поэтому ее голос разбирался с трудом,- поднимается метель.



-Вы не лучше меня знаете, кто насылает эту бурю,- устало сказала Санса, - если мы остановимся здесь, то окажемся беззащитны. Или вы думаете, что эти стены защитят от вихтов, Белых Ходоков и чужеземных колдунов?



Бриенна оглянулась и неохотно кивнула, признавая правоту Леди Винтерфелла. Деревня, в которой они остановились, выглядела покинутой не менее месяца назад. Снег заметал узкие улочки, влетал в распахнутые окна и двери, оставляя на полах заброшенных домов и сараев белый покров. Иные стены уже обвалились от ветра, другие выглядели слишком хлипкими, чтобы сдержать натиск снежной нечисти.



-До Белой Гавани осталось совсем немного,- сказала Санса,- если двинемся в путь сейчас, то можем успеть уже к утру.



-С этой погодой уже и не поймешь где ночь, а где утро, - озабоченно произнесла Бриенна, глянув на затянутое тучами небо,- как скажите, леди. Мы отправляемся сейчас!



Она развернула коня и направила его вдоль столпившихся меж улиц всадников, отдавая приказания. Кое-где послышались недовольные голоса, но в целом, возражавших не было - воины Долины, как и Севера, уже привыкли относиться к огромной, несуразной воительнице с должным уважением. Вскоре стук копыт о лед оповестил, что войско Севера и Долины вновь вышло на замерзший Белый Нож.



Санса откинулась на спинку широких саней, зябко кутаясь в меховые одеяния и пряча от снега покрасневшее лицо. Запряженные тройкой сани скользили по льду, сопровождаемые звоном колокольчиков, привязанных к гриве лошадей: по самым старым поверьям считалось, что это отгоняет нечисть. Этот оберег вышел из употребления боги ведает сколь веков назад, но сегодня, когда ожила угроза более чем восьмитысячелетней давности, никакая защиты не казалась лишней. Бриенна ворчала, что это бренчание может их выдать, но Санса возразила, что те, кто мог их преследовать нашли бы их и без всякого звона. А так, кто знает - может и вправду поможет.



«Динь-динь». Звон колокольчиков сливался с хрустом снега под копытами. Снег валил стеной, так что Санса, вжавшаяся в скамью с трудом различала скакавших по обе стороны от саней всадников. Правую колонну возглавляла Бриенна, ведущая воинов Старков, левую - лорд Ройс, под знаменем Арренов. Река уже промерзла насквозь, так что лед без труда выдерживал даже столь большое войско. Однако Ройс предупредил, что через двадцать миль появятся большие пороги, с не замерзающей водой. Впрочем, оттуда до города уже рукой подать.



«Динь-динь-динь».



Мелодичное бренчание колокольчиков убаюкивало уставшую от долгой дороги Сансу. Во время привала в деревне она, чтобы согреться, запила скудный ужин из сухарей и вяленого мяса подогретым вином, от которого ее сейчас клонило в сон. Кутаясь в теплые одеяния, Санса клевала носом, но заснуть не могла, не переставая думать о первых словах, которые она скажет, оказавшись перед Дейнерис Таргариен. Ей нелегко далось решение об этой поездке: даже сейчас она не была уверена, правильно ли поступает отдавая Север дочери короля, убившего ее деда и дядю, того, против которого, не щадя сил сражался ее отец и…



«Оооууууоооо!!!»



Протяжный волчий вой ворвался в снежную ночь словно острый меч вонзался в беззащитное тело. Лошади начали сбиваться с ходу и испуганно всхрапывать, шарахаясь в стороны, так что всадникам стоило немалых усилий удержать их. Санса, вырванная из своей дремы, поднялась в санях, оглядываясь по сторонам.



Вдоль берегов тянулись невысокие холмы, чуть ли не нависавшие над рекой. Справа, на самом высоком из холмов стоял, задрав голову огромный волк. Из оскаленной пасти рвался тоскливый вой, обращенный к изредка выглядывавшей из-за туч Луне.



-Не трогай!- крикнула Санса, увидев, что один из воинов Долины стягивает с плеча лук,- это лютоволк! Он не станет нападать на меня…



-Леди Санса вы уверены? – произнесла Бриенна,- зимой волки очень голодны.



-Он все равно не станет нападать на целую армию,- уверенно сказала Санса,- это не угроза. Это предупреждение.



Рядом с лютоволком появились и другие звери – уже обычные волки, раза в два меньше. Один за другим они задирали голову к небу, оглашая долину реки протяжным воем.



-Леди Старк,- Ройс подъехал к ней явно чем-то взволнованный,- воины в конце колонны говорят, что заметили какое-то движение позади.



Словно в подтверждение этих слов лютоволк громко взвыл и опрометью кинулся вниз по склону. Вслед за ним устремились и остальные звери. Санса переглянулась с Бриенной.



-Прибавим ходу,- сказала она.



Однако ветер усилился, а снег повалил еще сильнее, заметая речной лед и мешая лошадям. Вокруг кружила метель и в ее завываниях Сансе слышались иные звуки: шарканье множества ступней о лед сопровождаемое невнятным бормотанием. Оно становилось все громче, приближаясь к путникам. Санса оглядываясь через плечо, до боли напрягала глаза, пытаясь что-то разглядеть сквозь снежную пелену. Показалось ей или за белыми хлопьями вырисовывается огромная шевелящаяся масса, постепенно сокращающая разрыв с беглецами?



-Мы не сможем оторваться!- выкрикнул кто-то в толпе.



-Мертвецы не знают усталости,- подхватило еще несколько голосов,- мы все погибнем!



-Заткнитесь проклятые трусы! – рявкнул Ройс,- прибавить ходу!



-Лошади уже падают от усталости,- бросила Бриенна,- придется принять бой. Леди Санса,- обратилась она к девушке,- поспешите в Белую Гавань за подмогой. Я дам вам своего коня.



Санса заколебалась, потом отчаянно помотала головой.



-Я не брошу тебя здесь, - решительно ответила она.



Бриенне раскрыла было рот, но сказать ничего не успела: с холмов послышались жуткие завывания и из снежной пелены на лед выплеснулись, затопив реку от берега до берега, полчища живых мертвецов с ярко-синими глазами.



- Занять оборону вокруг саней!- крикнула Бриенна,- защищайте леди Старк.



Ройс тоже крикнул что-то, но Санса уже не расслышала: его крик заглушили завывания обступивших их тварей. Воины Старков и Арренов, занявшие круговую оборону, ожесточенно рубили кидающихся со всех сторон вихтов. Испуганные лошади вставали на дыбы, круша копытами трухлявые кости. Иногда меж сплотившихся вокруг Сансы людей прорывался лязгающий зубами череп, однако тут же чей-то меч разрубал , бросая дергающееся обезглавленное тело под ноги воинов. Но и разрубленные на части твари, цеплялись руками за ноги воинов и лошадей, вгрызались зубами, норовя замедлить движения, повалить, растерзать. Поток мертвецов не останавливался: на каждого изрубленного вихта вставало по десять других. Усиливалась пурга, кидавшая в лицо людям пригоршни снега и ледяного крошева, заставляя их отмахиваться вслепую. Ройс и еще несколько человек сумели зажечь огонь и пытались отпугнуть нечисть, но сильный ветер и снег тут же тушили пламя. Самим же мертвецам пурга ничуть не мешала, напротив, будто наполняя их все новой силой и злобой.



На миг пурга утихла и Санса, подняв глаза, увидела на холмах двух всадников, застывших по обоим берегам. Ярко-синим льдом мерцали их глаза, чьим подобием выглядели синие огоньки в глазницах вихтов. Оба восседали на сгнивших остовах лошадей. Санса никогда не видела Белых Ходоков, но сразу узнала их. Вот один из них поймал ее взгляд и, тронув поводья, пустил коня вниз по холму. Второй остался на вершине, бесстрастно созерцая битву.



Сжавшаяся в комочек Санса круглыми от ужаса глазами смотрела, как один за другим гибнут ее защитники. Ее саму мертвецы не трогали, даже когда им представлялась такая возможность, предпочитая терзать и убивать остальных. Санса поняла, что нужна этим тварями живой и ее наполнил безотчетный ужас при мысли о том, КТО мог отдать такой приказ. Ее рука скользнула к поясу, с которого свисал небольшой кинжал, однако Санса так и не решилась нанести окончательный удар, подумав, что после смерти уж точно утратит всякую власть над своим телом. Все меньше людей оставалось между ней и грудой бессмысленной разлагающейся плоти, накатывавшейся подобно жуткому приливу. Она видела, как погиб Ройс: под ним растерзали коня и он, упав в самую гущу живых мертвецов, был разорван ими в клочья. Она видела как Бриенна, с нечеловеческим рычанием размахивая мечом, превращала мертвецов вокруг себя в груду судорожно подергивающихся обрубленных частей. Но и ей становилось все труднее держать оборону, когда вокруг нее почти не осталось живых.



Неожиданно ряды мертвецов расступились, открыв речной лед, уже обильно залитый кровью. Что-то вылетело из снежной пелены и ударило Бриенну в грудь, разом пробив доспех и плоть. Бриенна вскрикнула, из ее рта выплеснулась кровь и она медленно осела на снег. Из ее груди торчало, пробившее ее насквозь, ледяное копье.



Даже не взглянув на умирающую воительницу, к Сансе проехало устрашающее существо: с голубовато-белой кожей, столь туго обтягивающей тело, что виднелись все мышцы. Страшные синие глаза уставились на Сансу, разом заморозив кровь в ее жилах. Чудовище сошло с мертвого скакуна и, проходя меж расступавшихся мертвецов, подошло к девушке. Невероятно сильная, обжигающе-холодная длань стиснула ее запястье и Санса завизжала от обьявшего ее дикого страха. И в этот момент Белый Ходок как-то странно дернулся: ледяная длань разжалась, на жуткой личине отразилось нечто похожее на недоумение. Из его груди торчало острие длинного меча и из жуткой раны струилась бледно-голубая кровь, превращающаяся в белый пар.



За его спиной стояла Бриенна: из страшной раны на груди потоками лилась кровь, на губах пузырилась кровавая пена. Она умирала – но и бледному отродью, пришедшему из ледяных пустошей за Стеной, пришлось не легче: с его губ сорвался жуткий визг, бледная плоть на глазах таяла и вдруг взорвалась, рассеявшись морозной пылью. В тот же миг рассыпалось прахом и обступившее ее мертвое войско. Бриенна покачнулась и рухнула у ног Сансы.



-Верный Клятве…, - из последних сил прохрипела она упавшей рядом с ней на колени леди Старк, - возьми его и беги… только сначала…отруби мне голову…не хочу…как они.



Она умоляюще смотрела большими, бледно-голубыми глазами, в которых читалась отчаянная мольба. Санса осторожно взяла меч, поразившись его тяжести.



-Мать бы гордилась тобой,- сказала она. Собрав все силы, Санса вскинула Верный Клятве над головой и, зажмурившись, обрушила его на подставленную шею. Валирийская сталь неожиданно легко рассекла плоть и кости. Последнее, что Санса увидела на лице Бриенны - чувство безмерной благодарности, еще сохранявшееся, когда ее отрубленная голова катилась по льду.



Горевать о защитнице, заслуживающей звание рыцаря больше чем многие из мужчин, не было времени: до Сансы уже доносилось бормотание и топот множества ног по льду. Вторая мертвая армия, та, что шла за ними по пятам, уже выкатывалась из-за изгиба реки. Санса посмотрела на вихтов, потом перевела взгляд на берег. Вторая тварь, все также восседала на мертвом коне, но теперь в ее синих глазах появилось подобие живого чувства – раздражение или даже гнев. Убийство сородича рассердило Белого Ходока и Санса поняла, что на этот раз он может и не захотеть взять ее живьем. Это понимание не вызвало у Сансы страха - лишь чувство бесконечной усталости и безразличия ко всему на свете. Твари все равно победят, захватят весь Север, потом Вестерос – весь мир превратится в скопище лопочущей, разваливающейся на ходу, разлагающейся плоти. Какой смысл бороться против того, что неизбежно. Наивные детские мечты - о принце, о дворце, просто о спокойной счастливой жизни,- сгинули в раззявленной пасти вихтов. Равнодушно смотрела Санса на приближающееся к ней жуткое войско, опустив ставший невероятно тяжелым меч и почти мечтая о том, чтобы все, наконец, закончилось.



За ее спиной раздалось испуганное конское ржание и почти сразу - грозное рычание. Обернувшись, Санса увидела, как на нее несется перепуганная лошадь, из тех, кому чудом удалось убежать после гибели всадника. По бокам кобылы, не давая ей свернуть, мчалась стая волков, во главе с лютоволчицей. Санса еще не успела осознать, что к ней пришло спасение, а ее руки уже сами хватали поводья, останавливая лошадь на скаку. Волки отбежали и Санса, кое-как приторочив к седлу Верный Клятве, оседлала лошадь, разворачивая ее вниз по течению. Понукать ее не пришлось – кобыла, увидев мертвое воинство, уже сама ринулась во весь опор в том самом направлении, откуда она только что удирала от волков. Сама стая бежала рядом - все живое, забыв об извечных ролях хищника и жертвы, сейчас в едином порыве спасалось от неумолимой губительной силы несущей лишь смерть и разрушение.



Краем глаза Санса заметила, как Белый Ходок на берегу направляет мертвого скакуна вниз по склону. Меж холмов мелькнули пугающие тени, с горящими во мраке глазами. Послышался жуткий вой, которому тут же отозвалось множество голосов - сзади, по бокам и даже с неба –подняв голову Санса увидела, что меж облаков мелькнула неясная тень. Впрочем, снег повалил снова и девушка уже не была уверена, что ей не почудилось. Как бы то ни было, путь вперед оставался свободен – Сансе даже не нужно было погонять перепуганную насмерть лошадь, мчащуюся по заледенелой реке от преследующей их нежити.



Волки куда-то исчезли, видимо решив, что выполнили свою миссию, так что и лошадь стала вести себя спокойнее. За счет напряжения всех сил ей удалось оторваться от вихтов, так что Санса дала возможность измученному животному замедлить ход и немного отдохнуть.



За поворотом слышался рев воды – начались пороги. Санса завернула за очередной мыс - и тут в воздухе что-то громко свистнуло. Лошадь отчаянно заржала от страха и боли, падая на лед. Из ее груди торчала, вошедшая по оперение длинная стрела. Санса, больше удивленная, чем испуганная, едва успела соскочить, озираясь на нового врага. В двадцати шагах от нее, лед обрывался и из под него вырвалась быстрая вода, бурлившая меж огромных порогов и водопадом спадавшая вниз. А на самом большом из камней…



-Дражайшая супруга, - улыбнулся Рамси,- мы снова вместе.



Побелевшая от ужаса Санса не могла вымолвить и слова, оцепенев при виде человека, которого не могло быть в живых, который не мог вернуться даже вихтом – вообще никак. Да это был не совсем он – более грубые черты лица, темнее волосы, чуть ниже ростом и шире в плечах. Но Санса почти не замечала этого, видя лишь до ужаса знакомую издевательскую ухмылку и шальное безумие в глазах. Растерзанный собственными собаками, навсегда исчезнувший из истории Севера со всем своим проклятым родом, Рамси вернулся – и это казалось самым страшным из того ужаса, что творился сейчас. Поистине, мир сходил с ума, воскрешая чудовищ не только давно ушедших времен, но и совсем недавнего прошлого.



Слева и справа от Рамси на валунах стояли огромные черные звери, которых Санса поначалу приняла за больших собак, но приглядевшись, поняла свою ошибку: вместо собачьих морд у этих тварей были уродливые широкие лица, напоминавшие грамкинов из сказок старой Нэн. Покрытые шерстью, с вывороченными ноздрями и крупными острыми зубами, твари приглушенно рычали, не сводя с Сансы яростного, безусловно разумного взгляда.



И все же самым страшным чудовищем здесь был Рамси и его улыбка казалась Сансе страшнее самой злобной гримасы у сопровождавших его монстров.



-Ты не представляешь, как я скучал,- улыбка Рамси стала еще шире,- в прошлый раз мы расстались так внезапно. Каждый день, каждый миг я думал, как мы встретимся вновь. Я придумал столько забавных игр– с нетерпением жду, когда ты сможешь принять в них участие. Давай же обнимемся, моя дорогая…



Он легко перепрыгнул с камня на камень, спускаясь и широко расставив руки, словно и вправду собираясь заключить ее в объятья.



-Не подходи!- крикнула Санса, приставляя острие меча к подбородку,- или я…



-Убьешь себя? – Рамси рассмеялся, будто услышал удачную шутку,- моя дорогая женушка, это тебе не поможет. Тот, кто вернул меня к жизни, с тобой это провернет с еще большей легкостью. Ты же уже видела, как это бывает,- он показал на что-то за спиной Сансы и та обернулась, уже зная, что она увидит. Из-за речного мыса выкатывалось воинство вихтов, во главе которых на мертвой лошади ехал Белый Ходок. Санса затравленно посмотрела на Рамси.



-Всем будет лучше,- начал он, но тут же осекся, уставившись на что-то над Сансой. На его лице отразилась крайняя степень изумления и, как не невероятно, - страха. Санса не успела обернуться, как ее обдало порывом сильного ветра, послышался оглушительный рев и струя жаркого пламени обрушилась на мертвое воинство. Санса посмотрела вверх - с небес, из-за валящих снегом туч, спускались два невероятных создания, прекрасных и ужасающих одновременно. Черный и бледно-желтый драконы, выдыхая пламя, выжигали со льда мертвецов мечущихся словно муравьи в горящем муравейнике.



Черный дракон, распустив крылья, пронесся над Сансой и та увидела припавшую к его шее тоненькую фигурку в белом. Распахнулась ужасающая пасть, но прежде чем вырвалось испепеляющее пламя, Рамси, взмахнув руками, рухнул спиной в бурлящие внизу ледяные воды. В следующий миг драконий огонь сжег заметавшихся на камнях адских псов. Спустя миг драконы опустились, топчась меж обгорелых костяков и разбрызгивая воду. Наездница черного зверя спустилась на камни: невысокая хрупкая девушка, в похожей на корсет шубке из белого меха. Серебристые волосы венчала корона с тремя головами дракона.



-Ты ведь Санса Старк,- Санса молча кивнула в ответ, - а я…



-Я знаю, кто ты, - выдохнула Санса и, начала опускаться, преклоняя колено. Но тут лед, и без того подтаявший от драконьего пламени, затрещал и под ногами Сансы угрожающе протянулась тонкая извилистая линия.



- Стой на месте,- крикнула Дейнерис,- сейчас я…



Она осеклась, широко распахнув свои изумительные фиалковые глаза, глядя на что-то позади Сансы. Не успела девушка обернуться как холодная, невероятно сильная рука ухватила ее за плечо, отбрасывая в сторону. С ужасом смотрела Санса как из пламени, обхватившего догорающих вихтов, медленно выходит Белый Ходок. Сам он даже не обгорел, да и языки пламени, плясавшие вокруг него, разом погасли. В руке он держал длинное копье, которое он заносил, словно хотел метнуть в распахнувшего пасть дракона.



-НЕТ!!! - крикнула Дейнерис, метнувшись вперед и заслоняя огромного ящера. Рука Белого Ходока дернулась, но метнуть копье не успела: из груди нежити вдруг вырос целый фут острой валирийской стали. В уши ударил душераздирающий визг, из раны потекла бледно-голубая кровь, разлетавшаяся вокруг белым паром, и в следующий момент тело нежити взорвалось, рассеявшись морозной пылью. На льду теперь стояла только Санса, сжимающая в обеих руках Верный Клятве и боявшаяся пошевелиться, глядя как из расходящихся из под ее ног трещин начинает сочиться речная вода.



-Не шевелись! – крикнула Дейнерис вскакивая на дракона и поднимая его в воздух. В этот миг под ногами Сансы треснуло и она, всплеснув руками, провалилась под лед. Дейнерис успела в последний момент, ухватив Сансу за волосы и, что есть силы таща ее вверх. Девушка взвыла от боли, но тут же, развернувшись, вцепилась ногтями в чешую дракона. Меч выпал из ее рук и исчез под водами Белого Ножа. Но Сансе было не до сожалений о Верном Клятве: цепляясь то за драконий гребень, то за руки Дейнерис, она упорно карабкалась на огнедышащее чудище. Наконец ей удалось забраться на спину дракона, где она, окончательно выбившись из сил, повалилась плашмя, судорожно вцепившись в острые зубцы гребня. Ее, мало не окоченевшее в холодной воде тело, согревало тепло распиравшее изнутри тело дракона.



-Церемонии оставим для Белой Гавани,- произнесла Дейнерис,- после того как я узнаю, что все таки творится на этом вашем Севере. Раз уж твой брат неведомо где, значит, нам придется вдвоем решать эту проблему…



Она еще говорила, пока оба дракона величаво взмахивая крыльями, поднимались в усыпанное звездами небо, очистившееся от снега и туч, и разворачивались к морю.

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Старый 16.01.2019, 22:03   #73
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Отступник

«...мы никогда не видели друг друга, но все же вы носите славное имя нашего Дома. Мне нелегко просить вас о помощи и если бы перед нами стоял обычный враг, я бы не стала этого делать. Но Зло, о котором вам известно, погубит наш остров, если вы не придете нам на помощь. Во имя всех Богов, Старых и Новых и всех других, что вам известны, прошу – придите и защитите наш Дом. Лианна Мормонт, Леди Медвежьего Острова».


Джорах дочитал последние строки, но продолжал вглядываться в крупные буквы размашистого, почти детского почерка. Печать с гербом Медвежьего Острова оживила старые, казалось бы прочно изгнанные из памяти воспоминания: о родных краях, об отце…о Линессе. Будто века минули с тех пор, как родовое гнездо давало о себе знать – лишь встреча с Джоном Сноу оживила воспоминания об отце. А теперь еще и это письмо…


-Мне написать ответ?- сказала стоявшая рядом смуглая девушка.


-Не стоит, Миссандея, - покачал головой Джорах,- я сам. Сразу два письма.


-Как хотите,- сказала наатийка,- позовете, когда нужно будет отправить воронов.


Джорах кивнул, обдумывая, что он напишет никогда не виданной им кузине. Минутная слабость прошла – он больше не лорд Медвежьего Острова и не презираемый всеми изгнанник из Вестероса. Ныне он лорд Харенхолла, милостью истинной королевы Дейнерис Таргариен, командующий ее войсками в Речных Землях. Уходя на Север Дейнерис забрала с собой Безупречных и пятнадцать тысяч дотракийцев, но под Харенхоллом еще осталось тридцать тысяч кочевников. Джорах остался с ними, потому что понимал язык дотракийцев, много жил среди них и, после самой Дейнерис, пользовался у них наибольшим уважением. Ему же теперь подчинялись и вассалы Таргариенов в Речных Землях. В помощь давнему наперснику, Дейнерис оставила Миссандею. Решение это далось королеве нелегко, сама наатийка умоляла Дейнерис взять ее с собой, но Мать Драконов решила иначе: на Севере слишком опасно, а Миссандея, на удивление быстро освоившая воронью почту, помогала Джораху поддерживать связь с любимой королевой. Так бывшая рабыня из Астапора заняла вакантное место мейстера Харенхолла, ввергнув этим в немалый шок речных лордов и открытую неприязнь всех их мейстеров. Однако Дейнерис настояла на своем - и теперь Миссандея стала правой рукой лорда Харенхолла, помогая ему управляться с его стремительно растущими владениями.


Сейчас он, тщательно подбирая слова, писал послание своей маленькой кузине. Поприветствовав ее со всей учтивостью и выразив радость по поводу знакомства, Джорах указал, что не может сейчас прийти на помощь, поскольку королева, которой он присягнул, велела оставаться ему здесь. Однако сама Дейнерис отправляется на Север с двумя драконами – единственной силой, способной победить северную нечисть. Джорах заверял леди Мормонт, что замолвит слово перед королевой и попросит ее не забывать про Медвежий остров, когда она примется освобождать Север. Сам же Джорах заверял кузину, что придет на помощь, как только сможет.


Второе письмо было длиннее: в нем Джорах докладывал Дейнерис текущее положение дел. Не без гордости он писал, что королевство Матери Драконов существенно расширилось : Речные Земли полностью покорились Таргариенам, от Черноводной до Перешейка. Даже Риды, лорды Сероводья, были готовы присягнуть Дейнерис, не дожидаясь формальной присяги от Старков. Взамен Риды просили Джораха разместить гарнизон в Рве Кейлин, дабы преградить дорогу идущей с Севера нечисти, а заодно и Железнорожденным, вновь начавшим дерзкие набеги на Вестерос. Грейджои действовали в союзе с Ланнистерами – и Джорах не забыл упомянуть об удачном дотракийском набеге на Западные Земли. Ни один замок им взять не удалось, но они изрядно пограбили округу, заставив Джейме отойти к Утесу Кастерли. Особенно сильно дотракийцы отыгрались на владениях Крейкхоллов, глава дома которых, Лайл, все еще удерживал Штормовой Предел. Джорах рассчитывал, что орда, грабящая его родовые земли, заставит Крейхолла покинуть замок, после чего Штормовые Земли быстро склонятся перед войском Бурерожденной. Несколько домов уже присягнули Таргариенам, другие явно готовились последовать их примеру. Еще лучше дела обстояли в Просторе – дотракийцы, непривычные к вестеросской зиме, также как и их лошади, желали перезимовать на теплых пастбищах юго-западного Королевства. Они были готовы откочевать туда всей ордой, что, без сомнения, окончательно привело бы Простор под руку Дейнерис. В своем письме Джорах спрашивал у королевы как быть дальше: продолжать наступление на Запад, где среди холмов все еще огрызался Джейме Ланнистер; завершить покорение Штормовых Земель или же захватить Простор, готовый упасть в руки Дейнерис словно перезрелый плод. Он взял на себя смелость порекомендовать третий путь, но подчеркивал, что примет любое решение кхалисси. В завершение письма он кратко обрисовал опасность нависшую над его родной вотчиной и просил Дейнерис не оставить без внимания просьбу кузины.


-Миссандея, отправь это письмо на Медвежий Остров,- сказал Джорах, когда молчаливая, словно тень наатийка, вновь появилась в его комнате,- а это для кхалисси. И приложи к нему вот это послание,- он протянул Миссандее письмо от Лианы Мормонт.


Миссандея молча кивнула и вышла из комнаты. Джорах проводил ее сочувствующим взглядом: оставшись в Харенхолле, Миссандея, и без того не отличавшаяся живостью нрава, стала совсем тихой. Джорах догадывался в чем дело: вместе с Дейнерис на Север отправился и Серый Червь, о чувствах которого к переводчице было сложно не догадаться. Прошедший со своим войском весь Вестерос, выживший в пожаре Королевской Гавани, Безупречный вновь отправился в поход, об опасностях которого Миссандея уже была наслышана. Джорах как мог старался ее утешить, но у него плохо получалось – ведь он и сам лицом к лицу столкнулся с тем злом, что набирало силу на Севере и он не мог недооценивать исходящую оттуда угрозу.


Тем более, что тревожился и он сам – и не за воина-евнуха, но за свою королеву, которую и по сей день боготворил. Он почти смирился, что Дейнерис не будет с ним, убеждая себя, что хочет лишь служить ей: истово, бескорыстно, не требуя ничего взамен. Но, в глубине души, он знал, что обманывает себя и ее – его чувство к сребровласой красавице ничуть не ослабло, а ее образ, являясь к нему даже во сне, вновь и вновь заставлял его чувствовать себя влюбленным подростком. Порой он ненавидел ее за это, а порой и боялся – чувство, снедавшее его, все чаще походило на болезнь, наваждение, подобное тому, что навевают мейеги и прочие злые духи преследующие, соблазняющие и губящие мужчин.


Свои покои Мормонт устроил в Королевском Костре, этажом ниже покоев Дейнерис, где разместилась Миссандея. В самом низу разместилась охрана - около десятка из оставленных в Харенхолле Безупречных. В других башнях встали стражники, набранные из беженцев Королевской Гавани, из числа мало-мальски знакомых с военным ремеслом или, по крайней мере, уверявших в этом. Джорах возражал против привечания их в Харенхолле, но Дейнерис, чувствуя вину перед погорельцами, старалась пристроить тут всех, кого только можно. Джорах не стал больше спорить, однако собственную безопасность и безопасность самой Дейнерис им он не доверял. Королевский Костер охраняли только Безупречные, а также помазанные рыцари, набранные из младших сыновей речных лордов. Кроме того, во внутреннем дворе все еще стояло с дюжину шатров дотракийцев – тех немногих, кто еще не перебрался в Простор, служа связующим звеном между Джорахами и командирами кочевников.


Написав письмо, Мормонт перекусил холодной говядиной, сушеными яблоками и черным хлебом, запив его красным дорнийским. Сегодня он выпил чуть больше обычного, надеясь, что это поможет ему уснуть. Подкинув в очаг дров и раздевшись до пояса, он завалился на кровать и, накрывшись тонким пледом, сомкнул глаза.


-Ты же знаешь, что это была только игра! Ты останешься главным мужчиной в моей жизни!


Она стояла перед ним – свежая, юная, ослепительно красивая в своем сиянии молодости и величия. Словно фиолетовые звезды сияли ее глаза, облако серебристых волос окутывало изящную голову, алые губы призывно приоткрылись. Она была обнажена, как в тот день, когда он увидел ее выходящей из погребального костра, но сейчас ее расцветшее тело покрывали не сажа и копоть, а душистые благовония. Но даже исходящий от них дурманящий аромат, не мог перебить запаха молодой женской плоти, желанной и жаждущей.


-Здесь так холодно,- Дейнерис зябко повела плечами,- согрей меня Мормонт!


Джорах метнулся вперед, заключая девушку в свои медвежьи объятья. Напряженные соски коснулись его обнаженной груди, нежная ручка скользнула к его паху, касаясь напрягшейся плоти. Кровь вскипела в жилах Мормонта и он, не помня себя от страсти, впился в сочные губы требовательным, жадным поцелуем.


И проснулся на своей кровати в башне, тяжело дыша и мокрый от пота. Откинув одеяло, он посмотрел на штаны – между ног расплывалось влажное пятно.

-С ума сойти,- Джорах вытер лицо ладонью,- не надо было столько пить.


Зная, что он больше не заснет, Джорах решил проветриться, надеясь, что морозный воздух остудит его разгоряченную кровь. Быстро одевшись, он накинул полушубок и вышел из комнаты, спустившись на мост, соединявший Королевский Костер с Вдовьей Башней. Уже стемнело, но полная Луна в ночном небе освещала мрачные башни Хоренхолла, внутренний двор, богорощу и разные строения. Вокруг шатров дотракийцев полыхали костры: непривычные к зимнему климату кочевники, использовали каждую свободную минуту, чтобы согреться. До Джораха доносились грубый смех и ругательства – похоже, затевалась очередная стычка.


Упавшая на лицо снежинка обожгла кожу холодом. Джорах поднял голову: на Луну наползала туча, откуда сыпалась снежная крупа. Воин уже хотел вернуться в башню, когда некое движение в облаках привлекло его внимание. Он до боли в глазах вглядывался в небо, стараясь что-то угадать в странной пляске теней. Нечто мелькало среди туч, нечто, слишком большое для птицы. На мгновение у Джораха защемило сердце от внезапно нахлынувшей надежды, но тут же он понял ее тщетность. Тучи на миг расступились и на фоне Луны мелькнул силуэт с перепончатыми крыльями, который даже слепой не спутал бы с драконом. Крылатые звери древней Валирии были грозными, но величественными и прекрасными, но это существо, много меньше дракона, казалось преисполненным губительного зла и невыразимой мерзости. Джорах не успел понять, что вызвало у него такое отвращение, когда крылатый силуэт опустился на вершину Королевского Костра и словно растворился в черном камне. Резко усилившийся ветер донес до него слабый девичий крик и Джорах, не рассуждая кинулся обратно в Башню.


Вбегая под своды башни, он крикнул, призывая стражу, но ветер снаружи, словно взбесившись, завывал так, что никто не услышал Джораха. Выкрикивая имя Миссандеи, Джорах взбежал по ступенькам и рывком распахнул дверь в королевски покои


И замер, не в силах вымолвить не слова.


Горница в Королевском Костре была огромной – не меньше Великого Чертога в ином замке. Непроглядную тьму разгоняли свечи из черного воска, горевшие на большом стол, накрытый посреди горницы. Здесь же стояли золотые кубки с красным, как кровь, вином, а между ними – огромное блюдо, накрытое скатертью, покрытой красно-черным узором Таргариенов.

А перед столом стояла Она.

Словно фиолетовые звезды сияли ее глаза, облако серебристых волос окутывало изящную голову, алые губы призывно приоткрылись.

-Джорах, - никогда еще этот голос, обращенный к нему, не звучал столь ласково.


-Кхалиси,- внезапно пересохшее горло едва смогло выдавить звук,- вы не на Севере?


-Мне там надоело,- она очаровательно надула губки,- эти трусы готовы ползать на брюхе, чтобы я спасла их никчемные жизни. ! Есть лишь один северянин в моей жизни – ты Мормонт!

Никогда он еще не видел свою кхалиси такой. Ее глаза горели, губы раскрылись, обнажая жемчужно-белые зубы. Плавно, словно танцующая змея, она скользнула к Джораху поднявшись на цыпочки, чтобы коснуться ладонями его головы. А он, завороженный блеском ее огромных глаз, смотрел на ее прекрасный стан, обнаженные плечи и руки, охваченный необычайным волнением


— Стань моим! Полюби меня! —прошептала она, откидывая назад голову. — Подари мне свою кровь, чтобы укрепить мою молодость и вернуть мне силы к вечной жизни. Мне нужен настоящий мужчина. Стань моим, северный Медведь!

-Я всегда был полностью ваш, кхалиси, - хрипло произнес Джорах.


Со смешком она опустила голову ему на грудь, и у самого основания шеи Мормонт неожиданно ощутил резкую боль. Он попытался отстраниться, но руки Дейнерис словно превратились в змеиные кольца, сдавливая его торс будто стальными тисками, не давая пошевелиться. Только сейчас он ощутил исходивший от этого безупречного тела ледяной холод, пробиравший его и через одежду. Впившаяся в шею тварь, жадно высасывала его кровь и Джорах чувствовал, как охватившие его ужас и недоумение, уступают место совсем иным чувствам. Темная, противоестественная страсть захлестывала его разум, подчиняя и растворяя его в океане бездонной тьмы, по мере того, как его алая влага, насыщала прекрасную кровопийцу.

С сытым чавканьем она отлепилась от его шеи и Джорах увидел, что сияющие глаза сменили цвет – из фиолетовых став ярко-желтыми, с вертикальным зрачком. Изменились и черты лица - резкие, почти орлиными, тогда как волосы из серебристых стали иссиня-черными.


-Я и тебя сделаю бессмертным! - шептали алые губы. - Я научу тебя мудрости всех минувших эпох, открою секреты самых темных бездн мироздания. Ты станешь королем моего народа, живущего среди древних гробниц, окутанных вечной ночью.


-Но кто ты?- непослушными губами выдавил Джорах. Раскатистый смех раздался в ответ и девушка, отстранившись, указала ему на стол. Словно невидимая рука сорвала с него скатерть и глазам Джораха предстала обнаженная Миссандея, бессильно распростершаяся на огромном золотом блюде. Ее полные груди и нежное лоно терзали огромные летучие мыши, злобно поблескивающие алыми глазами-бусинками. «Дени» выкрикнула какое-то слово и крылатые твари обернулись прекрасными обнаженными женщинами. Колдовским огнем мерцали их глаза, острые клыки терзали плоть несчастной наатийки. Все они были стройными черноволосыми красавицами, почти столь же смуглые, как и сама Миссандея – все, кроме одной, с алебастрово-белой кожей, резко выделявшейся на фоне наатийки. Что-то знакомое почудилось Джораху в ней – где-то он уже слышал об этих алых как кровь волосах и огромных глазах, светящихся безумием. Жуткая улыбка кривила ее губы, вымазанные кровью Миссандеи.


-Сестра, узнав о моем явлении в этот мир, вознесла свой зов,- торжественно сказала вампирша,- его нес ветер, его передавали друг другу совы, змеи и нетопыри, населяющие древние развалины. Его услышали оборотни и вампиры, и демоны мрака с эбеновыми телами. Уснувшая Ночь Мира встала и тряхнула своей тяжелой гривой, на дне глубочайших пропастей, где царит вечная тьма, забили барабаны, и эхо далеких незнакомых криков привело в ужас ночных путников. Ибо Дети Ночи обрели новую сестру, а она обрела свой народ и свою королеву. Из замка, что поднесла к моим ногам Данелла Лотстон, родится Империя Акиваши. Десять тысяч лет я властвую над сотнями жрецов, чародеев и рабов, с криком прошедшими врата смерти. Раздели со мной трон и мир падет к нашим ногам во имя Отца Сета!


Она вскинула руки в адском триумфе и тут же, взвыв словно стая волков, демоницы соскользнули на пол, упав в почтительном поклоне. Джорах еще успел увидеть, как поднимается на столе Миссандея, с полыхающими алым светом глазами, прежде чем преклонил колено, на веки вечные отдавая себя царице вампиров Акиваше.

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Старый 19.01.2019, 22:39   #74
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Заговорщица

Очередной спазм сдавил ее лоно, вырвав из ее горла приглушенный рык. Волна острой боли разлилась по ее телу, отозвавшись везде, и тут же сменилась невероятным облегчением, когда давящая тяжесть, наконец, исчезла. Тонкий писк огласил темную пещеру и львица, опустив морду, принялась бережно вылизывать очередной мокрый комочек, копошившийся у ее живота в поисках разбухшего от молока соска.

Темные, почти черные волны набегали на грязный причал, касаясь подола длинного платья. Носившая его женщина стояла возле узкого канала, проложенного меж пятиэтажных домов и причудливых храмов. В руках она держала небольшой сверток, временами издававший негромкие звуки. Второй, слабо шевелящийся сверток держал пожилой мужчина в коричневом одеянии, стоявший за спиной женщины

Зеленые глаза, напряженно вглядывавшиеся в предрассветные сумерки, оживились, когда из-под изогнутого моста, украшенного резными изображениями рыб и осьминогов, вдруг вынырнула большая лодка. На носу ее, ловко управляясь с шестом, стоял высокий человек с черной кожей, в кожаных штанах и безрукавке. На корме неподвижно сидел пассажир – тоже черный, но намного старше первого, с лицом покрытыми глубокими морщинами. А за лодкой, из-под моста стелился густой туман, словно обвивавший лодку своими белесыми щупальцами.

Лодка ткнулась о причал и чернокожий старик, перейдя на нос, сошел на берег.

-Уверен, что за тобой никто не следил?- спросила женщина.

-Уверен,- проворчал старик, - за те годы, что я живу на свете, можно научиться заметать следы.

-В этом проклятом городе все настолько зыбко,- глаза женщины замерцали недобрым блеском,- никому нельзя верить.

-Держи,- она протянула колдуну сверток, беспокойно заерзавший при прикосновении чужих рук. Раздался громкий плач и старик, откинув край покрывала, увидел сморщенное детское личико. Заплаканные зеленые глаза встретились с черными глазами негра и младенец неожиданно замолчал. Н’кона усмехнулся и небрежно потрепал ребенка по темной шевелюре.

-Славный парень,- сказал он, - а где второй?

-Вторая,- уточнила женщина, кивнув своему спутнику. Тот приблизился и протянул колдуну свой сверток. Этот ребенок молчал, так что чернокожий даже невольно отбросил покрывало, чтобы удостовериться, что с ним все порядке. На него глянули необычайно серьезные голубые глаза. Детскую головенку облепляли золотистые волосики.

-Это Джоанна,- сказала женщина,- в честь матери. А это,- она кивнула на ребенка в лодке, - Тайвин. В честь…

-Я понял, - проворчал старик,- двойняшки?

-Да,- кивнула мать,- совсем как мы с братом. Здесь им оставаться опасно…

-Я знаю,- кивнул Н’кона,- не бойся. Я отвезу их на летнийский корабль, который покинет Браавос поутру. Там будут женщины, они присмотрят за детьми до самого Дорна.

-Думаешь, им можно доверять?- напряженно спросила женщина,- ты же остаешься здесь.

-Можно,- усмехнулся старик,- у меня уже появились ученики с Летних островов. Они не позволят причинить детям вред – потому что знают, чем им это отзовется в мире духов.

-Хорошо,- женщина кивнула,- вот возьми это.

Она достала из складок одежды несколько золотых украшений с ярко-красными рубинами.

-Мне удалось вывезти свои драгоценности из Королевской Гавани,- пояснила она, - когда я вернусь в Вестерос, получишь еще – и твои люди тоже. Помни, что Эурон не должен ничего знать - и мой брат тоже. Он хоть и тугодум, но быстро поймет, что к чему, едва увидев их глаза.

-В напоминаниях нет нужды, - проворчал старик,- и в золоте тоже. Я бы и так не оставил в беде детей Амры.

Однако украшения он возвращать не стал. Бережно уложив детей на дно лодки, он спустился туда сам и обернулся к женщине.

-До вечера,- сказал он, подавая знак кормчему. Тот погрузил шест в воду и лодка медленно двинулась обратно, постепенно окутываясь туманом. Женщина долго смотрела вслед, пока судно, увозящее ее детей, не растаяло в белесой дымке. Лишь тогда она повернулась к своему спутнику.

-Пойдем домой Квиберн,- сказала Серсея,- этот воздух пробирает меня до костей. Хочу еще немного поспать перед встречей с Несторисом.

Мощный прыжок – и под ее лапами уже бьется податливое тело, трепещущее от смертного ужаса. Жалобный крик обрывается, когда острые клыки разом перекусывают нежное горло. На язык стекает теплая, невероятно вкусная кровь и она терзает мясо, торопливо проглатывая кусок за куском. Она торопится - скоро рассвет и она должна вернуться в пещеру к своим малышам, все еще питающихся молоком, а не мясом. Эта ночная дикая жизнь помогала ей отдохнуть от непростого дневного мира: звериная сила тела, охота, яростная, звериная страсть, борьба за потомство. И ясное понимание кто свой, а кто враг.

Жаль, что людей все не так просто.

- Ваш город прекрасен, но мне кажется, что я слишком загостилась,- Серсея мерила шагами комнату, словно не находя себе места, - разве мы не договорились?

Тихо Несторис равнодушно смотрел на мечущуюся королеву, и впрямь сейчас похожую на запертую в клетке львицу. Впрочем, этот охотник был слишком опытен и силен, чтобы дать ей вырваться из-под контроля.

-Обстоятельства изменились, ваше Величество,- он пожал плечами,- Дейнерис уже контролирует около трети Вестероса и ее владения растут. Вы же… - он пожал плечами.

-Силы Дейнерис разбросаны на огромной территории,- горячо возразила Серсея, - чем больше она распространяет свою власть, тем слабее ее контроль. Хорошо рассчитанный удар обрушит власть драконьей королевы. Дайте мне кредит, я возьму наемников и Золотые Мечи, объединившись с армией Утеса и флотом Эурона, нанесут ей этот удар!

Несторис бесстрастно посмотрел на нее, потом перевел скучающий взгляд в окно.

-У этого плана могли бы быть шансы на успех,- произнес он,- и мы бы могли его профинансировать…если бы не драконы.

-Раньше они вас пугали меньше,- ядовито заметила Серсея.

-Да, но времена изменились,- повторил Несторис,- во-первых, драконы продемонстрировали свою разрушительную мощь, а средства защиты, на которые вы намекали, выглядели не очень убедительно. Во-вторых, очень похоже, что у нас появился новый враг, для победы над которым нам не обойтись без союза с Дейнерис.

-Вы имеете в виду эти байки про «Зло с Севера»? - презрительно скривила губы Серсея,- не думала, что вы верите в россказни суеверной черни.

-Нас не интересуют байки,- с некоторым раздражением сказал Несторис,- трудно найти более прозаичных людей, чем банкиры. Мы тщательно проверили все слухи, направляли повсюду своих людей, беседовали с пленниками. Допрос нас убедил в том, что угроза вполне реальна. А это значит, что с Дейнерис нам пока лучше не ссориться - у нас есть общий враг.

-Понятно, - брезгливо промолвила Серсея, - мне начинать готовиться, что меня выдадут на расправу моему братцу и девчонке Таргариенов?

-Разумеется нет, Ваше Величество, - банкир широко улыбнулся,- я же говорил, что мы рассматриваем разные варианты. Сейчас Дейнерис нужна нам, нужны ее драконы – именно поэтому мы хотим достигнуть соглашения. Но после победы…кто знает, что будет дальше.

-А пока,- медленно проговорила Серсея,- нечего и надеяться, что вы исполните наш уговор?

-Скажем так, сейчас этот вопрос представляется несвоевременным,- снова улыбнулся банкир,- если мы хотим прийти к соглашению с Бурерожденной, не может быть и речи о том, чтобы кредитовать ее врагов. Для всех нас будет лучше, если в ближайшие месяцы вы как можно меньше будете давать о себе знать.

Серсея криво ухмыльнулась и, скрывая досаду, потянулась к кувшину с вином.

Небольшая гондола, с крытым верхом, петляла меж узких островков, где высились дома с четырьмя и пятью этажами. Нижние из них уже были затоплены - кварталы примыкали к Затопленному Городу и местные жители всячески старались убраться отсюда..

Лодка остановилась перед трехэтажным особняком, уже почти ушедшим под воду. Над водой оставался лишь третий этаж и чердак, на котором еще виднелись следы золотой краски – некогда строение знавало лучшие времена. Лодка остановилась возле широко распахнутого окна, возле которой чернокожий старик, меланхолично перебиравший амулеты на груди. Меж быстро двигавшихся пальцев выскальзывали белесые струйки, медленно поднимавшиеся вверх, чтобы влиться в туманную дымку, нависшую над городом. Из каюты на гондоле вышел другой пожилой человек в коричневом одеянии. Перекинувшись парой слов с Н’коной, Квиберн нырнул обратно и появился снова – ведя за собой женщину в балахоне жрицы Плачущей Госпожи. Не говоря ни слова, она шагнула прямо на подоконник и сошла внутрь. Внутри открылось небольшая комнатка, не более десяти шагов в длину и пяти в ширину. Посреди стоял большой стол и несколько стульев, в углу виднелась грязная кушетка.

-Кажется, я не видала подобного убожества, с тех пор как впервые познакомилась с его Воробейшеством,- Серсея брезгливо поморщилась, оглядывая стены, покрытые плесенью и грибком ,- тут правда, воняет меньше.

-Что поделать ваше Величество,- Квиберн придвинул стул, набросив на него принесенное с собой покрывало,- в этом городе не так уж много мест где можно скрыться от чужих глаз. Но и тут можно найти маленькие радости жизни.

На стояле уже стоял кувшин с вином, бокал и блюдо с засахаренными фруктами, резко контрастирующие с общей убогой обстановкой. Серсея налила себе вина и сделала глоток, внимательно оглядев усевшихся напротив нее Квиберна и Н’кону.

-Корабль покинул Браавос совсем недавно,- произнес колдун,- все в порядке.

-Хорошо,- Серсея хотела сказать, что-то еще, когда снаружи послышался плеск, потом стук дерева о камень и в комнату, также через окно, спрыгнул Эурон Грейджой.

- Насилу вас нашел,- усмехнулся он, наливая себе стакан вина,- а я –то думал, что знаю Браавос. Что, ваше величество, не приходилось бывать в такой дыре?

-Надеюсь, что больше и не придется,- сказала Серсея,- я планирую вернуться в Вестерос.

-В Утес? - прищурился железнорожденный.

-Видимо да,- кивнула Серсея,- по-крайней мере до тех пор, пока не будет отстроена Королевская Гавань. Ну или построим новую столицу.

- Надеюсь, к этому времени наш брак еще не успеет наскучить нам,- Эурон осклабился, но брошенный на женщину взгляд холодных серых глаз еще раз напомнил Серсее, как опасен этот человек. Эурон согласился на очередную отсрочку, но вырвал у нее обещание женитьбы, едва они ступят на землю Вестероса, угрожая в противном случае разорвать их союз. Единственное, о чем удалось договориться Серсее – обещание, что брак пройдет в Утесе, а не на Пайке.

-Рад слышать,- продолжал Эурон, наливая еще вина и отправляя в рот горсть сладостей,- значит, вам удалось договориться о кредите?

-Нет,- покачала головой Серсея,- Железный Банк видит в Дейнерис союзника против грамкинов и снарков с Севера.

-Если хотя бы половина слухов о том, что я слышал о Севере, правда, - проворчал пират,- довольно разумный шаг. Но для вас он, похоже, все осложняет?

-Напротив, упрощает, - усмехнулась Серсея,- просто в наши планы придется внести изменения.

-И весьма существенные,- хмыкнул Эурон, - теперь вы не сможете нанять Золотых Мечей.

-Почему же? - сказала Серсея,- этот план не меняется. Наемники нам все еще нужны.

-И как вы рассчитываете их получить?- спросил Эурон,- Золотые Мечи не наймутся в долг. Вам лучше думать, как исчезнуть из города незамеченной - с Морского Владыки станется купить союз с Дейенерис через вашу голову.

-Это да,- неохотно признала Серсея, - я и так тут загостилась.

-Проще сказать, чем сделать,- буркнул Эурон,- шпионы повсюду. Думаете, вам дадут уехать?

-Через десять дней начнется Праздник Разоблачения,- напомнил Квиберн , - и продлится десять дней. В маске будет проще скрыть свои намерения.

-Это касается обеих сторон,- заметил Эурон,- подобраться к вам тоже будет проще. Так вы рассчитываете покинуть город во время Маскарада?

-Да,- кивнула Серсея, - но не сразу. Нам все еще нужны деньги.

-И где вы планируете их взять?- недоверчиво спросил Эурон.

- Мы должны…- Серсея на миг запнулась, только сейчас в полной мере осознав сколь дерзкое и сложное действо им предстоит. Она понимала, что ее замысел граничит с безумием - только совершенно безвыходная ситуация могла подтолкнуть ее к такому неожиданному решению. С другой стороны именно ставка на неожиданность уже не раз помогала ей взять верх, когда, казалось, все было против нее.

-Мы должны ограбить Железный Банк! - выдохнула Серсея.

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Старый 26.01.2019, 20:44   #75
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Дикарка

Измученный жеребец еле переступал дрожащими, в любой момент готовыми подкоситься, ногами. Арья остановила взмыленного коня и легко спрыгнула на землю. Рядом журчал ручеек, к которому тут же припало измученное животное. Сняв с него седло и сбрую, Арья привязала лошадь к ближайшему дереву, чутко прислушиваясь к звукам за спиной. Однако ничто не давало понять, что за ней по-прежнему гонятся.

Дотракийцы преследовали девушку по пятам – два дня она провела в седле, останавливая коня лишь затем, чтобы справить нужду или хлебнуть воды из ближайшего ручья. Грязная, оборванная, изголодавшаяся Арья упорно гнала коня, забираясь все дальше в лесистые холмы, где степняки чувствовали себя не столь уверенно. Наконец, минувшей ночью, ей удалось оторваться от погони.

И тут же она поняла, что безнадежно заблудилась.

Она стояла на небольшой поляне, со всех сторон окруженной густым лесом. Густые ветви над ней закрывали солнце, вокруг царил насыщенный запахом смолы и хвои зеленый полумрак. Не было и намека на присутствие человека – что одновременно и радовало и тревожило Арью. Она уже поняла, что оказалась в знаменитых холмах, окружавших Вольный Город Норвос – вот только где находится этот город не имела ни малейшего представления. Браавос, конечная цель ее путешествия, находился к северо-западу, но как к нему пробраться Арья также не знала. Все навыки, полученные в Черно-Белом доме, казались бесполезными в этой девственной чаще.

Или не совсем? Арья сняла с пояса Иглу и, подбросив в воздух, ловко поймала ее за рукоятку, сделав несколько фехтовальных движений. Если уж ей удалось оторваться от многотысячной орды дотракийцев, то может она сумеет и выбраться из этих лесов! У нее слишком важная цель, чтобы позволить себе сгинуть в этих краях.

Так или иначе, первым делом нужно осмотреться. Оставив лошадь на поляне, Арья принялась подниматься по склону ближайшего холма. Сквозь просветы меж листьев и ветвей, она видела, что вершина его представляет скалистый утес, вздымающийся над остальным лесом. Может оттуда она, наконец, разглядит окрестности?

Вот и утес. Солнце только всходило и, благодаря этому она смогла определить стороны света. Всюду, куда хватало глаз, простиралась зеленая чаща и высокие холмы, но к востоку голубела узкая лента реки. Возможно, это была Нойна – река, на которой стоял Норвос, - или какой-то из ее притоков. Так или иначе, Арья решила идти туда. Она уже собиралась спускаться, когда снизу вдруг раздалось конское ржание, полное страха и боли. Почти сразу послышался басовитый рев, потом хруст костей и жадное чавканье.

До боли стиснув рукоять меча, Арья осторожно спустилась, хотя уже догадывалась, что увидит. На поляне ее коня со злобным рычанием терзал огромный медведь, почти шести футов в холке. Под темной, с рыжим отливом, шерстью, перекатывались огромные мускулы, мощные челюсти с хрустом раскалывали ребра и бедренные кости.

Неожиданно зверь прервал свое занятие: окровавленная морда поднялась, маленькие глазки подозрительно заблестели и медведь, издав громкий рев, кинулся к дереву, за которым пряталась Арья. Может ветер донес до зверя ее запах - так или иначе, прятаться больше не имело смысла и она, развернувшись, кинулась вниз по склону. Она все еще держала Иглу, но меч казался ей жалкой булавкой рядом с исполинским зверем.

Продираясь сквозь бурелом, перепрыгивая через ямы, отводя в сторону колючие еловые лапы Арья бежала, шаря глазами в поисках места, где можно было укрыться. Однако места такого не находилось, а рев позади становился все громче и ближе – она почти чувствовала жаркое дыхание твари, ежеминутно ожидая, что острые клыки вопьются ей в затылок.

Впереди послышался шум воды и в следующий миг Арья оказалась на берегу быстрой и широкой реки, пенящейся белыми барашками на перекатах. Футах в ста ниже по течению, река с оглушающим грохотом устремлялась в большую черную дыру у подножия очередного холма. Над пещерой поднималось облако водяной пыли.

Поняв, что бежать дальше некуда, Арья развернулась, с Иглой в руках, готовясь к своему последнему бою. Снова раздался оглушительный рев и из леса вырвался огромный медведь. На миг зверь застыл на месте, озадаченный, что жертва больше не убегает, потом взревел снова и, мотая огромной башкой, устремился к Арье. Девушка ткнула Иглой и медведь вновь взревел – на этот раз от боли, когда клинок вонзился ему в губу. С жутким рычанием чудовище устремилось на Арью. Та металась на берегу, то и дело нанося колющие удары, но у нее никак не получалось нанести твари серьезную рану - для такой груды жира и мышц, с толстой косматой шкурой, Арьин меч и впрямь был немногим страшней швейной иголки. И все же она не сдавалась, удерживая зверя на расстоянии, но все же отступая - зверь теснил ее, загоняя все дальше в реку. Арья уже стояла по щиколотку в воде и ей было все труднее одновременно сопротивляться быстрому потоку, угрожающему сбить ее с ног и противостоять медведю, чьи клыки лязгали все ближе.

Наконец зверю надоело эта борьба: поднявшись на задние лапы, он обрушился на гибкую фигурку. В отчаянии Арья метнулась вперед, выбрасывая клинок и Игла вошла в горящий злобой глаз. В следюущий миг удар медвежьей лапы повалил Арью в воду. Зверь обрушился на нее, готовый растерзать девушку, но ее уже не было на месте: стремительное течение подхватило ее, унося вниз по течению. Арья еще слышала позади громкий рев, видела, как медведь преследует ее, разбрызгивая воду, но не решаясь зайти на глубину. Она пыталась плыть, гребя одной рукой и второй все еще держа Иглу, когда вода обрушилась вниз и Арья почуствовала, как чудовищный поток, увлекает ее под своды черной пещеры.

От ледяной воды Арьи перехватило дыхание, тело онемело – с необыкновенной ясностью она поняла, что если не выберется как можно быстрее, то холод скует ее конечности и она утонет в черных водах. Подземная река неслась с чудовищной скоростью, быстрое течение бросало и било девушку, закручивало и переворачивало в водоворотах, увлекая на дно и швыряя о скалы. Единственное на что ее хватало - это держать голову на поверхности и сжимать закоченевшей рукой Иглу - девушка решила, что скорей утонет, чем позволит подарку Джона сгинуть тут.

Когда Арья уже теряла сознание, подземный поток вырвался в отдающую гулким эхом пещеру. В кромешной тьме мелькнуло слабое свечение — и поток ударил ее о мокрый холодный камень. Клинок выскользнул из руки, зазвенев по камням, и девушка поняла, что берег рядом. Из последних сил Арья схватилась за скрытый в темноте валун и вытянула себя на каменистый берег. Некоторое время она лежала без движения, моргая, чтобы сбросить с ресниц капельки воды, застилавшие глаза. Понемногу ее чувства начали просыпаться, и Арья стала оглядываться вокруг. Как ни странно, здесь не царил непроницаемый мрак - от каменных стен исходило зеленоватое свечение, помогшее Арье увидеть, что она находится в подземном гроте. Рядом несся поток воды, где-то вдали, судя по звуку, обрушивавшейся очередным водопадом.

Осторожно Арья встала на ноги. Она стояла меж титанических сталагмитов, почти касавшихся свисающих сверху сталактитов. Иногда они соединялись друг с другом, образуя необъятных размеров столбы. Их покрывала густая слизь, мерцавшая словно болотные гнилушки. Арья осторожно коснулась ее и увидела, как кончики ее пальцев тоже слабо засветились.

Арья поняла, что оказалась в тех самых знаменитых пещерах к северо-западу от Норвоса, что местные жители именуют «входом в подземный мир». Также она осознала, что путь назад ей закрыт: шумевшая рядом река столь далеко унесла ее, что не могло быть и речи, чтобы вернуться обратно тем же путем. Оставалось надеяться, что тут есть иной выход, который Арья и вознамерилась найти. Найдя среди сталагмитов Иглу, она двинулась в путь.

Она шла среди хитросплетений пещер, гротов и узких туннелей. Святящаяся слизь то появлялась, то исчезала со стен, заставляя Арью пробираться чуть ли не вслепую. Ее продрогшее тело обвевал холодный ветерок, сквозивший неведомо откуда и хотя это свидетельствовало о наличии выхода, на ум невольно приходили тревожные мысли, что все пути тут ведут только вниз. То и дело Арья вспугивала колонии летучих мышей и те со злобным писком уносились во мрак. Временами ей казалось, что она различает крадущуюся поступь легких шагов за спиной. Порой откуда-то доносился мягкий шорох скользящего по камням тела, словно какой-то гигантский червь или слизняк, извиваясь, полз по шершавому каменному полу. Арья думала, что давно забыла, что такое страх, но сейчас ее пробирал невольный холодок при мысли о том, что за твари могли поселиться в этих темных пещерах.

Свечение стало сильнее и Арья, наконец, увидела его источник – среди сталагмитов начали попадаться чудовищные наросты, напоминающие огромные грибы, покрытые мерцающей зеленоватой слизью. По ним медленно ползали мерзкие твари – вроде слизняков, но размером с крупную крысу. Почуяв чужака, они вытягивали тонкие стебли, с черными точками глаз, будто пытаясь лучше разглядеть нежданного гостя. Случайно Арья задела одного и содрогнулась от омерзения, сбрасывая на землю извивающееся тело. Слизняки, несмотря на свой мерзкий вид, не могли причинить ей вреда, но в этой пещере могли водиться и более опасные твари.

Очень скоро Арья удостоверилась насколько была права в своих опасениях.

Миновав лес грибов, Арья вышла к каменному «мосту» - природной арке, перекинувшейся через быструю подводную реку с черной водой. Была ли это та же самая река, что принесла ее сюда или другой поток, Арья не знала. Однако иного пути не было и Арья смело ступила на мост. Когда она оказалась на середине, из черной воды поднялась длинная шея, толщиной с туловище Арьи. С тупой, будто обрубленной морды слепо смотрели белые глаза, большой губастый рот приоткрылся, обнажая острые зубы. Отчасти это существо напоминало человека, с вытянутым телом и длинными руками с перепончатыми пальцами. Вместо ног у твари был плоский и длинный, как у головастика, хвост, на котором оно поднималось из воды.

С плотоядным чмоканьем существо качнулось в ее сторону, словно атакующая змея, но тонкий клинок с неменьшей быстротой ударил в шею твари, оставив рану на челюсти, которая тут же начала сочиться бесцветной кровью.Чудовище зашипело и бросилось на Арью, щелкнув пастью там, где только что стояла северянка. Арья подпрыгнула, оказавшись прямо над извивающейся тварью и в прыжке, что было силы, вонзила меч в распахнутую пасть, пробив кость до самого мозга Тварь забилась так бешено, что чуть не вырвала оружие из рук Арьи и, разбрызгивая кровь, исчезла в бурном потоке.

Перейдя реку, Арья столкнулась с новой проблемой. Здесь уже не было фосфоресцирующей зеленой слизи и вход в очередную пещеру показался ей черным зевом, готовым поглотить ее. Пока Арья колебалась, из глубины пещеры послышались звуки, напоминающие монотонное песнопение. Приглядевшись, Арья увидела некие отблески, будто где-то впереди горел костер. Арья не знала, кто может сидеть у костра в этой адовой норе, но все же шагнула вперед.

Она шла по очередному коридору, нащупывая стенки руками и напряженно прислушиваясь к усиливающемуся невнятному бормотанию, нравящемуся ей все меньше и меньше. Отблески пламени становились все ярче, позволяя девушке лучше различать предметы вокруг.

Внезапно коридор кончился, обрываясь на краю огромной пещеры, почти под потолком которой, и выходил туннель, которым шла девушка. Внизу горел костер, вокруг которого толпились уродливейшие создания, какие она когда-либо видела. Твари эти напоминали людей, но очень маленьких - самый высокий был не выше Арьи. Приземистые и коренастые, с длинными когтистыми лапами, эти существа походили бы на обезьян, если бы не были почти безволосыми - короткая шерсть обрамляла только безобразные морды с приплюснутым носом и отвислыми губами, обнажавшими желтые клыки. Белесую шероховатую кожу покрывали темные пятна, делая ее похожей на змеиную или жабью.

Подземные уродцы сгрудились у костра, перед которым лежал обычный человек – совершенно голый и страшно израненный. Одного взгляда хватило Арье, чтобы понять, что он не жилец – было непонятно, как вообще жизнь держится в этом измученном теле. На ее глазах одна из тварей протянула когтистую лапу и, оторвав кусок плоти, запихнула в клыкастую пасть. С посеревших губ сорвался жалобный стон – кричать несчастный уже не мог. Скотские ухмылки исказила морды остальных, возбужденно лопотавших что-то непонятное и вскидывая вверх руки. Чутье подсказало Арье, что это не просто изуверское сборище: твари явно исполняли какой-то ритуал – бросив беглый взгляд на стену, возле которой творилось действо, Арья увидела на ней грубо намалеванный рисунок: что-то вроде обоюдоострого топора, в окружении семи не то глаз, не то клякс. Вне сомнения именно этот рисунок и был главным символом культа в честь которого затевалось каннибальское пиршество - именно к нему твари в благоговении поднимали лапы, прежде чем свершить очередной акт изуверства.

Арья понимала, что не сможет перебить всех этих тварей, также как и спасти несчастного . Но дать ему Дар Многоликого, избавляющий от дальнейших мучений было в ее силах. Не отводя взгляда от омерзительного действа, она наощупь нашла увесистый камень и, прицелившись, метнула вниз. Твари шарахнулись в сторону от неожиданности, когда камень упал, проломив голову их жертвы. Лишь миг они смотрели на мертвое тело, потом как по команде вскинули морды - как раз, чтобы увидеть исчезающую во тьме Арью. Оглушительный вой вырвался из множества глоток и твари, карабкаясь по стенам с ловкостью обезьян, кинулись за той, кто посмел осквернить их святилище и прервать жуткий ритуал.

Арья бежала по коридору, почти наугад выбирая дорогу. Позади слышался жуткий вой и бессвязное, но явно рассерженное лопотание – твари не на шутку рассвирепели от такого святотатства. Обернувшись ,Арья увидела полыхающие алые глаза – в отличие от иных обитателей пещер, эти существа не были слепыми и неплохо видели в темноте. И еще они знали эти места – поэтому расстояние между ними и Арьей стремительно сокращалось. Видимо, она плохо запомнила дорогу – Арья едва успела остановиться, хватаясь за каменные стенки, когда туннель вдруг оборвался над пропастью, почти неразличимой во мраке. Внизу слышался шум воды – очередная подземная река, судя по шуму, примерно в сорока футах ниже. Арья обернулась - алые огоньки глаз были совсем рядом, лопотание и рычание почти заглушали рев реки. Она развернулась, выставив Иглу и первая же тварь, в прыжке напоролась на острый клинок. Арья билась вслепую – к счастью подземных уродов было так много, что не попасть в кого-то было просто невозможно. И все же они лезли дальше, вздымаясь во мраке горой уродливых тел и яростно сверкающих глаз, грозящих погрести под собой Арью.

-Валар Моргулис!- крикнула она и в ответ услышала многоголосый злобный вой. Очередная красноглазая тень метнулась к Арье, но та, пронзив уродливое тело, развернулась и спрыгнула вниз, навстречу бурному потоку.

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.01.2019, 23:05   #76
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Островитяне

Черно-зеленые волны яростно обрушивались на каменистый берег и с шипением откатывались, оставляя за собой покрытый пеной пляж. Средь обкатанных морем скользких голышей бились рыбы и иные морские обитатели, над которыми с криком носились чайки и поморники, слетевшиеся на даровое угощение. Вот очередная волна, откатилась назад, оставляя на берегу нечто большое и темное, напоминающее мертвого тюленя. Одна из чаек уселась рядом и, скосив яростный желтый глаз на неожиданный дар моря, бочком скакнула ближе. Острый клюв ударил по телу и в этот момент вскинувшаяся рука с силой отбросила птицу. Чайка взлетела, испуганно крича, а «тюлень» со стоном уселся на песке, оказавшись молодым человеком в мокрой черной одежде и спутанными кудрявыми волосами. Мутным взглядом он обвел окружающий берег, нависшие скальные утесы и летавших над ними чаек.

-Все в порядке, Джон Сноу?- раздался женский голос,- а ты не так уж плох в море.

По пляжу, спотыкаясь о камни и ругаясь на каждом шагу, шла Соня. В рыжих волосах запутались водоросли, одежда превратилась в мокрые лохмотья, но глаза светились прежним задором.

-Как думаешь где мы?- спросила воительница. Джон покачал головой.

-Что же мы хотя бы живы,- пожала плечами Соня.

-Это пока,- проворчал Джон, хотя в глубине души не мог не признать правоту Сони: еще совсем недавно оба беглеца не думали прожить так долго. Чудом вырвавшись из Гипербореи, Джон и Соня некоторое время прятались в трюме иббенийского китобоя, воруя сухари, солонину и воду из корабельных запасов. Долго так продолжаться не могло – уже на третий день низкорослые и волосатые китобои заметили пропажи и, обыскав трюм, нашли беглецов. Поначалу их попытались пленить, но оба воина, с мечами наголо оказали ожесточенное сопротивление, убив нескольких иббенийцев и поранив с десяток. Воинов на китобое не оказалось, да и сам капитан, в силу извечной иббенийской практичности, сообразил, что лишние руки ему не помешают. Некогда он плавал к берегам Вестероса, так что с горем пополам умел изъясняться на Общем Языке. Сговорились, что Джон и Соня заменят убитых ими моряков, дабы отработать проезд до какой-нибудь иббенийской колонии. На их счастье капитан не особо интересовался гиперборейскими делами и не знал, что на борт поднялись не простые беглые рабы, а два лучших бойца с Ристалища Кольги.

Сам капитан был родом с одной из отдаленных колоний косматого народа лежащей на восточном берегу Залива Левифанов и почти не заметившей Слияние. Сам китобой решился отправиться еще дальше на восток, в поисках новых рыбных угодий и китовых пастбищ, взамен изрядно истощенных в Заливе. Но вскоре китобой попал в жуткий шторм, унесший корабль далеко на восток. Суеверные иббенийцы, отчявшись вывести судно из бури решили, что его наслала королева Гипербореи - во что Соня и Джон, не понаслышке зная о могуществе Вамматар, вполне могли поверить. Тогда и вскрылось, кем на самом деле были беглецы. Капитан приказал вышвырнуть их за борт, дабы умилостивить морских богов. Иббенийцы, вооруженные гарпунами и острогами, скопом кинулись на воинов и, хотя те унесли немало жизней косматых мореходов, противостоять всей команде они не могли. Обоих вышвырнули в разбушевавшееся море и только чудом им обоим удалось выжить, когда волны выбросили их сюда.

Шторм стихал – огромные волны словно уходили обратно в океан, отступавший обширным отливом. Обнажались и торчащие из воды каменные глыбы, поначалу принятые Джоном и Соней за естественные валуны. Лишь позже они поняли свою ошибку: по мере отлива из воды все выше вздымались огромные идолы с рыбьими головами и чешуйчатыми телами. Эти пугающие истуканы стояли у берега, словно чудовищные стражи охранявшие острова от любых нежданных гостей с моря.

И глядя на оскаленных, выпучивших огромные глаза, каменных чудовищ Джон и Соня как-то сразу поняли, что в этом месте им не стоит рассчитывать на дружелюбный прием.

Через какое-то время тучи, закрывшие небо немного разошлись, и воины сняли с себя остатки одежды, чтобы хоть немного просушить ее на солнце и ветру. Обоим было не до ложной стыдливости, хотя Джон украдкой и поглядывал на точеную фигуру рыжеволосой воительницы, представшей пред ним во всей прелести своего роскошного сильного тела. К его досаде, сама Соня, вовсе не оценила мужские стати Короля Севера.

-Даже не мечтай, красавчик!- ухмыльнулась она, перехватив очередной взгляд Джона,- я не буду принадлежать ни одному мужчине.

-Да не больно хотелось, - проворчал Джон, - можешь радоваться – ты умрешь в этой дыре девственницей.

-Я не девственница,- отрезала Соня. Джон пожал плечами, хотя и был изрядно задет. Невольно он вспомнил Вамматар – вот уж она-то точно видела в нем мужчину. Впрочем, воспоминания о Королеве Гипербореи, повлекли за собой и иные мысли – которые он предпочел бы выбросить из памяти навсегда. Чтобы отвлечься он побрел по берегу, в поисках чего-то съедобного. Бредя меж огромных валунов, он вдруг увидел, как средь выброшенных на берег водорослей что-то ярко блеснуло, отразившись от солнца. Он нагнулся и с его губ сорвался ликующий вопль – на камнях лежал Длинный Коготь. Только боги морских глубин знали, как меч оказался здесь, но Джон расценил эту находку как добрый знак, о чем тут же сообщил Соне.

-Это хорошо,- сказала девушка,- будет, что положить между нами, когда ляжем спать.

- Не переоценивай себя,- раздраженно бросил Джон, - видали и получше.

-Да ну?- явно задетая Соня резко развернулась к нему,- лучше, чем это?

Она вскинула руки, сцепив их в замок над головой, сладко, до хруста в суставах, потянувшись всем телом. Ее упругие круглые груди качнулись прямо перед лицом оторопевшего Джона, а ее бедро скользнуло ему между ног. Тот почувствовал как его плоть тут же предала его и Соня, также ощутив это, громко расхохоталась.

-Иди обратно в море,- сказала она, напяливая подсохшую одежду,- охолонись.

-И как ты дожила до своих лет? - проворчал Король Севера, чувствуя как его лицо и уши горят, как у мальчишки.

Оба попытались поужинать сырой рыбой, но вскоре оставили эту затею: выброшенные на берег уродливые твари, были омерзительны на вкус, отдавая горечью. Моллюски оказались более съедобными, так что утолив ими голод, двое товарищей по несчастью расположились на ночлег в небольшом гроте в прибрежных скалах. Джон, не без смущения, предложил Соне спать прижавшись друг к другу, согреваясь теплом тела.

-Хорошо,- кивнула Соня,- но помни, что я тебе сказала. Никаких глупостей!

-Перестань,- поморщился Джон,- я просто хочу выспаться.

Однако заснуть ему не удалось, - в отличие от Сони, мерно засопевшей, едва сомкнув глаза. Джон же не мог думать ни о чем ином, кроме как прижимавшемся к нему горячем женском теле. Словно нарочно, девушка еще и ворочалась с боку на бок, прижимаясь к его паху то задом, то промежностью. Невольно вспоминалась другая пещера….и другая рыжая воительница, с которой они спали точно также прижавшись телами. При одном воспоминании об этом Джон чувствовал как его напрягшаяся плоть вот-вот прорвет изветшавшие штаны. Наконец, не выдержав, Джон осторожно засунул руку за ворот рваной куртки Сони. Вторая рука легла на крутое бедро. Он коснулся упругих грудей и тут же замер, почувствовав у ребер холод острой стали – Соня как-то исхитрилась вытащить у него из под носа его собственный меч.

- Так и знала, что этим закончится,- спокойно сказала Соня, - хочешь остаться без члена?

- Перестааааа….,- Джон невольно взвыл, когда пальцы Сони с неженской силой сжали его яйца, - ладно-ладно, прости! Больше это не повторится.

-Конечно не повторится, - хмыкнула Соня,- если я отрежу тебе причиндалы…

-Слушай не начи…- Джон прервался, оторопело уставившись на вход в грот. Соня, подозревая хитрость, все же посмотрела туда и тоже застыла с открытым ртом.

У входа застыла уродливая фигура – на фоне восходящей Луны были явственно видны бритый наголо череп и зеленоватая кожа ночного гостя. Желтые глаза блестели во тьме, губастые рот разошелся, обнажая заостренные зубы. Громкий квакающий крик разнесся в ночи и, не успели Джон и Соня подняться, как ворвавшаяся в грот толпа, разом погребла их под грудами своих скользких, словно чешуйчатых, тел.

На берегу горели костры, полыхая причудливым сине-зеленым пламенем. Уродливые человекоподобные твари исступленно молотили в барабаны и свистели в дудки из человеческих костров, тогда как голые женщины с подпиленными зубами, извивались в бесстыдном танце. Вся эта жуткая церемония проходила перед рыбоголовыми истуканами, бесстрастно взиравшими друг на друга. К одному из таких истуканов и привязали Соню и Джона, предварительно сорвав с них одежду: воина лицом к берегу, а девушку заставили смотреть на море.

-Думаешь, они нас съедят? - перекрывая разошедшийся вокруг гвалт, крикнула Соня.

-Думаю, да - крикнул он в ответ,- эти дамочки выглядят изрядно оголодавшими.

-Значит, вы нашли друг друга, - хмыкнула девушка.

Джон не видел ее лица, но почему-то представил ее улыбавшейся и сам криво усмехнулся в ответ. Эта рыжая стерва не теряла присутствия духа даже сейчас.

-Небось жалеешь, что не согласилась там в пещере! - крикнул Джон,- было бы что вспомнить напоследок.

-Порадуйся сам, что уйдешь к Эрлику с целыми яйцами,- крикнула в ответ Соня. Джон хотел было ответить новой колкостью, когда в толпе началось какое-то движение и вперед вышел широкоплечий островитянин, на голову выше любого из соплеменников. Зеленую кожу покрывали причудливые узоры, на шее висело ожерелье из акульих зубов, чресла прикрывала набедренная повязка. На вытянутых руках он держал меч, в котором дернувшийся Джон мигом признал Длинный Коготь.

-Что там?- крикнула Соня.

-Похоже, началось,- произнес Джон.

Рядом с зеленокожим великаном появилась молодая женщина, также татуированная и в набедренной повязке. Иной одежды на ней не было, если не считать золотой диадемы, венчающей лысую голову. Тонкие губы разошлись в кровожадной усмешке, обнажая подпиленные зубы. Но не это привлекло внимание Джона, а то, что она держала в руках: огромный красный камень, напоминавший рубин. Внутри него словно билось живое пламя и этот кроваво-красный цвет бросал зловещие отблески на пляшущих островитян.
Все они почтительно расступались, когда странная парочка подходила к идолу. Джон скривился от омерзения, увидев вблизи выпуклые, рыбьи глаза женщины державшей красный камень. Она рассмеялась противным квакающим смехом и, протянув руку, больно ущипнула мужчину за бок. Затем она обошла идола и вскоре Джон услышал отборную брань Сони, сопровождающуюся все тем же квакающим смехом. Подошедший зеленокожий великан поднял Длинный Коготь, явно нацелив его в сердце Джона. Только сейчас северянин заметил, как много столпилось вокруг обнаженных женщин, скаливших заостренные зубы – похоже, что Соня была права в своих предположениях. Он без страха взглянул в глаза зеленокожей нечисти - по крайней мере, эта тварь увидит, как умеют умирать северяне.

Но валирийская сталь так и не пронзила его сердце. Глаза зеленокожего дикаря вдруг расширились, с губ сорвался предостерегающий вопль и он, развернувшись, кинулся к берегу. Послышался шум волн и испуганные крики островитян.

-Что там?!- крикнул Джон Соне.

- Прилив!- раздался крик в ответ, - и какой-то корабль.

В воздухе что-то свистнуло и зеленокожий великан, споткнулся и упал, выронив меч у самого берега. На него никто не обратил внимания – так же как и на жрицу с алым камнем, в панике пронесшуюся мимо. Ее также сразило копье, пущенное в спину, заставив выронить драгоценность из рук. Никто не остановился, чтобы помочь ей или хотя бы забрать камень: объятые паническим ужасом островитяне разбегались от наступающего моря.

Волны уже плескались вокруг Джона и Сони, доставая почти до пояса, когда мимо них, рассекая пенистые волны, прошла узкая галера. На носу судна красовалось изображение рогатого демона, вырезанного из странного черного дерева. На веслах сидели существа, которых можно было назвать людьми только в самом широком смысле: столь отталкивающими были поросшие черной шерстью уродливые лица, с раскосыми желтыми глазами и большими ртами, в которых блестели острые клыки. Нескладные тела прикрывали грубые передники из шкур неведомых тварей, на пальцах когтистых лап, виднелись кожистые перепонки.

Эти уродцы не боялись моря – спрыгивая в подступающие воды, они плавали не хуже тюленей. Одно из этих существ, нырнув, достало со дна Длинный Коготь, второе, подхватило светящийся и из-под воды красный камень. Его оно с поклоном протянуло стоявшему на носу худому мужчине с острой козлиной бородкой и брезгливо поджатыми узкими губами. Выражение его лица выглядело донельзя порочным, но в то же время, он выглядел единственным настоящим человеком на этом странном корабле. При виде камня его черные глаза вспыхнули алчностью, тонкие пальцы жадно оглаживали грани драгоценности, а сам он выглядел полностью завороженным мерцанием алого пламени. Лишь скулеж его уродливых спутников, тыкающих пальцами в сторону пленников, заставил капитана странного судна обратить внимание на Джона и Соню, стоявших уже по грудь в воде. Он бросил какую-то фразу и твари, спрыгнув в воду, быстро развязали Джона и Соню. Дважды плененные за сегодняшний день беглецы решили не сопротивляться перед столь явным численным преимуществом, да еще и без оружия. Вскоре их затащили в лодку и подвели к капитану. Тот обратился к ним сначала на одном языке, потом еще нескольких, но всякий раз молодые люди лишь мотали головами, пока, наконец, капитан не произнес пару слов на ломанном Общем Языке.

-Я Джон Сноу, северянин, брат Ночного Дозора,- сказал Джон, решив пока не упоминать о своем королевском титуле, - а она…

-Я уже понял откуда она, - его взгляд похотливо ползал по телу девушки,- сегодня на редкость удачный день. Я Кранко Зуог, из Вольного города Квохора, проповедник Черного Козла в царстве Н’гай. Вы оба теперь мои рабы и только я решаю, что с вами делать.

-Мы свободные лю…- Джон осекся, когда квохорец наотмашь хлестнул его по лицу.

-Уже нет,- отрезал Кранко и повернулся к подручным,- свяжите их и бросьте на корме.

Недочеловеческая свора с рычанием набросилась на них. Оба воина отчаянно сопротивлялись, но без оружия они мало, что могли сделать с таким численным перевесом. Вскоре оба, избитые и связанные, лежали на корме судна, которое, отчалив от берега, скользило по узким проливам меж скалистых островов. У их берегов виднелись все те же рыбоголовые идолы, возле некоторых уже горели костры и ветер доносил до них уже знакомые завывания – а кое-где виднелись и пляшущие на берегу силуэты. Джон посмотрел на лицо Кранко – радость от обладания сокровищем на нем смешивалось с опаской и настороженностью. Джон понял, что квохорец и сам хочет как можно скорее убраться отсюда. Показалось, что даже вся жуткая команда вздохнула с облегчением, когда галера, покинув хитросплетение островов, вышла в открытое море.

Галера шла на всех веслах: экипаж так стремился убраться подальше от островов, что почти не обращал внимания на пленников. Лишь раз их покормили омерзительным на вкус холодным варевом, воняющим рыбой. Сам капитан ни разу не обратился к пленникам – он и со своей командой общался редко, отдавая отрывистые команды, на грубом наречии, напоминающим собачий лай.

Наконец впереди появилась узкая кромка берега, по мере приближения превращающаяся в зазубренные белые утесы, напоминающие клыки огромного зверя. Меж них раскинулся городок или даже рыбацкая деревушка. Впрочем, размеры этого поселения трудно было определить из-за застившего все густого тумана, стекавшего с меловых скал.

Кранко надменно посмотрел на своих пленников и впервые его губы раздвинулись в некоем подобии усмешки.

-Добро пожаловать в Сокрытый Город,- произнес он,- куда бы вы не вел ваш путь, отныне он закончился в Нефере, столице царства Н’гай.

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Этот пользователь поблагодарил Зогар Саг за это полезное сообщение:
Kron73 (11.02.2019)
Старый 10.02.2019, 18:53   #77
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Гостья

Дрогон взревел, извергнув черно-красное пламя из оскаленной пасти. Огонь разом вскипятил морскую воду, наполнявшую глубокую впадину меж гранитных скал.

-Прошу вас, леди Санса,- Дейнерис с шутливым поклоном показала на эту естественную ванну. Леди Севера робко улыбнулась в ответ и, опасливо оглядываясь на огромного ящера, принялась стаскивать с себя все еще тяжелые и мокрые одеяния. Стесняться было некого – кроме ее и Дейнерис, на Тюленьей Скале не было ни единого человека. И все же Санса невольно зарделась, когда одежды опали с нее, обнажая ее девичьи прелести. Она снова боязливо оглянулась на Дрогона, но дракон, совершенно потеряв интерес к происходящему, отвернул голову, упрятав ее под крыло и, похоже, отходя ко сну. Второй дракон тем временем парил в небе, словно обходя дозором Тюленью Скалу, заставляя нервничать стражников на стенах Белой Гавани. Санса боязливо коснулась воды и с визгом отдернула ногу:

-Кипяток!

-Разве? - Дейнерис подошла ближе,- по-моему, в самый раз.

Она сбросила шубу, потом остальную одежду и, не успела северянка сказать и слова, как Дейнерис, совершенно голая, стояла рядом, касаясь обнаженным бедром ее бедра. Санса невольно вздрогнула, когда Мать Драконов обняла ее талию, но не успела сказать ни слова, когда Дейнерис шагнула в чуть ли не кипящую воду, увлекая за собой спутницу.

-Жар драконьего огня изгонит холод из твоих костей,- сказала Дейнерис и Санса, не в силах оторваться от огромных сиреневых глаз, лишь слабо кивнула в ответ. Было в этом взгляде нечто подавляющее: будто сквозь прекрасные девичьи очи смотрел некто иной – мощный, страшный и совершенно нечеловеческий.

-«От крови дракона»- мелькнуло в голове Сансы. Она вдруг поняла, что стоит уже по пояс в горячей воде.

-Ложись,- шепнула ей Дейнерис, увлекая Сансу в воду,- дай теплу объять тебя.

Санса покорно опустилась в воду. Приятное тепло обволокло ее тело, словно проникая в каждую жилку, в каждую косточку, изгоняя всю хворь и недугу. Жарко по-прежнему не было, словно девичье тело, прижавшееся к ней, странным образом усмиряло исходящий от воды обжигающий пар. Поняв это, Санса уже открыто прильнула к обнявшей ее Дени.

-«Дени? Почему я называю ее Дени?».

Тонкая, но сильная рука поглаживала спину Сансы вдоль позвоночника, проходя от лопаток до изгиба округлых ягодиц. Второй рукой Дени лениво оглаживала грудь северянки. В последнем отблеске стыдливости, Санса попыталась было отстраниться, но это желание тут же пропало – от прикосновений Дейнерис ее тело охватила невыразимо приятная истома, подобной которой Санса не испытывала ни разу в жизни. До сих пор у нее был опыт телесной близости лишь с одним человеком – и воспоминания о том по сей день заставляли ее вздрагивать от омерзения. Но это…это было совсем иное.

Стройная ножка скользнула меж раздвинутых бедер Сансы и с губ девушки сорвался невольный стон. Он вскинула голову и ее серые глаза встретились с очами сребровласой королевы.

-Ты очень красивая,- сказала Дейнерис и ее губы коснулись губ Сансы, сливаясь в глубоком и страстном поцелуе.



- Мне очень жаль леди Санса.

Лицо Вимана Мандерли и впрямь выражало неподдельную скорбь, хотя Санса и подозревала, что вызвана она не сколько сожалением, сколько страхом за собственный дом.

- Это письмо прислал ваш брат,- сказал стоявший рядом с Виманом пухлощекий мейстер, - похоже, это единственный ворон сумевший долететь до Белой Гавани,- мейстер передернулся,- ни разу не видел таких глаз у птиц. Словно сам Неведомый вселился в эту тварь.

- Может, конечно, это хитрость ваших врагов, - подал голос Виман.

-Нет,- сказала Санса, - я чувствую, что это правда. Винтерфелл пал.

Она сама удивилась тому, как спокойно она произнесла это. Хотя чему удивляться: за последние несколько лет Винтерфелл дважды захватывался врагом – что необычного в том, что это случилось снова? Бран…Санса поймала себя на мысли, что и судьба младшего брата ее тревожит гораздо меньше, чем могла бы. Впрочем, она уже давно не думала о нем, как о прежнем Бране. Она снова заставила себя вчитаться в письмо.

«Винтерфелл пал! – плясали перед глазами необыкновенно четкие буквы незнакомого почерка,- не пытайся отбить его сейчас, если не хочешь найти смерть более страшную, нежели любой из людей способен представить. Уходи на юг и ищи защиты там. Меня не ищи – там, где я окажусь тебе хода нет, как и твоей королеве.»

-Позвольте мне отбить замок,- подал голос Теон,стоявший в дверях Водного Чертога, - однажды у меня это получилось. Позвольте мне искупить ту вину сейчас.

Отчаянная мольба читалась в глазах младшего Грейджоя. Санса с трудом нашла силы для улыбки – Теону и так приходилось нелегко в Белой Гавани. Он прибыл сюда вместе с Дейнерис и только благодаря заступничеству королевы был огражден от открытой неприязни, с которой к нему относились все на Севере. Но никто не мог заставить лордов Севера избавиться от холодного презрения, читавшегося в каждом взгляде и редких словах, обращенных к Перевертышу. Отсюда и эта попытка привлечь к себе внимание – жалкая и трогательная в своей обреченности. Теон потерял семью, дом, сестру, стал бесполезным приживалой при дворе Дейнерис – что удивительного, что он готов утратить и жизнь, лишь бы искупить ею свою вину перед домом Старков. Санса бы приняла эту жертву – если у нее был бы хоть малейший шанс на успех.

-Я благодарна вам, лорд Грейджой,- краем губ улыбнулась Санса,- но боюсь вы ничем не сможете помочь мне. По-крайней мере не больше, чем любой из присутствующих, - добавила она, глядя как исчезают презрительные ухмылки с лиц вассалов Мандерли, - никто кроме….

Она не закончила фразу, но взоры всех присутствующих уже обратились к той, кто восседал на мягком троне Вимана Мандерли. Дейнерис облачилась в черную мантию с красным драконом Таргариенов, на серебряных волосах покоилась трехглавая корона. Вдоль синих стен, покрытых изображениями акул, угрей и осьминогов, стояли евнухи-Безупречные в черных доспехах.

-Защищать вассалов,- священный долг монарха,- громко сказала Дейнерис,- мое войско выступит на Винтерфелл, чтобы вернуть родовой замок Дому Старков.

По всему залу послышался одобрительный гул, в глазах людей появилась надежда. Дейнерис поймала глазами благодарный взгляд Сансы и улыбнулась в ответ.



-Ааааххх!!! – обнаженное тело Сансы выгнулось дугой, когда с искусанных в кровь губ сорвался громкий стон, а пальцы судорожно впились в серебристую шевелюру, ритмично двигавшуюся меж раздвинутых ног северянки. Леди Севера извивалась всем телом, терзаемая одновременно стыдом и наслаждением, порождаемым мучительно-приятными касаниями умелого языка. До сих пор любая мысль о том, чтобы ее трогали ТАМ, вызывала у нее лишь дрожь омерзения. Недолгий опыт супружеской жизни породил у Сансы глубочайшее отвращение к плотской стороне жизни – и она была уверена, что ни один мужчина не сможет побороть в ней это чувство. Именно мужчины жестоко растоптали детские мечты и надежды Сансы – в лучшем случае они пытались использовать ее, в худшем желали причинять ей только боль. Но эта девушка не пытается что-то взять, но напротив дает, отдает себя всю, даруя Сансе невероятное блаженство. Женское естество Сансы, казалось, давно убитое мужским коварством, пробудилось с новой силой благодаря чуткости и нежности другой женщины.

Проворный язык на всю длину проник в ее влажную глубину и Санса конвульсивно сжала бедрами голову Дейнерис, пока ее тело содрогалось в сладостных судорогах первого в ее жизни оргазма. Мать Драконов, не без труда высвободившись из плена крепких ног, подняла голову снизу сверх смотря на раскинувшуюся в блаженной истоме северянку. В сиреневых глазах плескалась шальная похоть, к влажным губам прилипло несколько рыжеватых волосков.

-Твоя очередь,- заявила Дейнерис, откидываясь на спину и Санса послушно склонилась над серебристым лоном.

Уже позже, когда обе девушки, уставшие и довольные, крепко обнявшись, спали на ложе в выделенных Дейнерис покоях, Сансу разбудил негромкий стук в дверь.

-Прошу прощения, Ваше Величество,- послышался виноватый голос снаружи,- я бы никогда не осмелился, но…

-Это мейстер,- шепнула Санса беспокойно заворочавшейся Дейнерис.

-Что ему надо? – недовольно сказала королева,- погоди, я сейчас.

Она накинула на плечи ночную рубашку и, шлепая по полу босыми ногами, прошла к двери. Последовал вопрос, полный сонного недовольства, в ответ на что послышался извиняющийся шепот мейстера. Вскоре Дейнерис снова появилась у кровати, рассматривая при свете свечи некое письмо. Судя по выражению ее лица, королеве явно не нравилось написанное.

-Что там?- набравшись смелости, спросила Санса.

-Это от Тириона,- ровным голосом сказала Дени,- боюсь, нам придется повременить с походом на Винтерфелл.

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Этот пользователь поблагодарил Зогар Саг за это полезное сообщение:
Kron73 (15.02.2019)
Старый 15.02.2019, 01:03   #78
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Захватчик

-Старки снова бросили Север!

В Великом Чертоге Винтерфелла было темно и холодно – огонь в очаге едва тлел, лишь изредка вспыхивая достаточно сильно, чтобы осветить хмурые лица лордов Севера. Сгрудившись в центре зала, они исподлобья смотрели на расхаживавшего перед ними Мизинца, неторопливо разъяснявшего им новые правила .

-Санса Старк бежала к Дейнерис Таргариен,- говорил он,- к дочери убийцы ее дяди и деда, против которого сражались многие из вас. Еще раньше к ней поехал Джон Сноу, избранный вами Королем – и где теперь Джон? Брана Старка забрали те же силы, что раньше отняли у него разум. Эпоха Хранителей и Королей Севера пришла к концу - наступает новый Век Героев, древних богов и великих мудрецов. Ваниры и гиперборейцы – такие же северяне, как и вы, их бог, Ледяной Гигант Имир – истинный отец Старых Богов, великанов и Белых Ходоков, подлинный Владыка Севера. Его дети явились, дабы возвестить вам возвращение к к истокам. У вас есть выбор - жить в новом мире на службе Королеве Ночи - или умереть – и все равно служить ей.

Последняя фраза не нуждалась в уточнении – все присутствующие лорды видели, как пал Винтефелл и какие силы поддерживали захватчиков. В отличие от Иных, новая хозяйка Севера вроде не собиралась превращать свои владения в пустыню наполненную лишь мертвецами - именно поэтому, многие лорды были лишь пленены, а не убиты. Все нечисть и нежить, призванная чужеземными колдунами, рассеялась с рассветом и все лорды Севера вздохнули с облегчением, поняв, что настало время переговоров людей с людьми.

На Мизинца собравшиеся смотрели со скрытым презрением , но никто сейчас не осмеливался бы упрекнуть его в предательстве, при виде стоявших у стен и дверей волосатых скаггов, рыжебородых варваров в рогатых шлемах и светловолосых гиперборейцев в черных одеяниях. И уж с совсем нескрываемым страхом северян смотрели на вальяжно развалившегося в кресле, где еще несколько дней назад восседала Санса Старк, худощавую фигуру с копной светлых волос и в маске из слоновой кости. Сквозь узкие прорези смотрели зеленые глаза и даже самые бывалые воины, отворачивались, не выдерживая плескавшейся в них смеси насмешливого безумия и пагубного зла. Странное существо, непонятно даже мужчина или женщина, Лоукки еще не произнес ни слова, но все знали, у кого тут настоящая власть.

-Будем считать, что я принял вашу присягу - внезапно раздался голос Лоукки,- преклонением колен займемся, когда королева вернется из Гипербореи. Займемся пока наведением порядка на Севере,- он кивнул Бейлишу и тот шагнул вперед.

-Лианна Мормонт, леди Медвежьего Острова еще не присягнула Вамматар,- сказал Мизинец,- похоже, она думает, что на своем острове она в безопасности. Очень опасное заблуждение, хоть и простительное в столь юном возрасте. Лорд Гловер, от имени королевы Вамматар я поручаю вам отправиться на Медвежий Остров и привести сюда леди Мормонт – добром или силой.

-Мне воевать с девчонкой? – седобородый лорд угрюмо посмотрел на Бейлиша.

-Если она заартачится – да,- пожал плечами Мизинец,- но будем надеяться, что до этого не дойдет. Так или иначе, вы должны привести ее сюда через пять дней. Ваше войско….

-У меня осталось меньше пятидесяти человек,- пробурчал Гловер,- и может, найдется еще десяток другой в Темнолесье.

-Не найдется, - хмыкнул Лоукки, - в вашем замке сейчас куда более надежные стражи,- он рассмеялся, увидев боль и замешательство в глазах лорда, - они отправятся с вами, чтобы леди Мормонт была более сговорчива.

- Можете взять своего сына,- сказал Мизинец, - но ваша жена, дочь и внуки останутся здесь. Когда вы вернетесь, как раз сыграем свадьбу.

-Свадьбу?- в замешательстве спросил Гловер,- какую еще свадьбу.

-Даже несколько,- Лоукки хихикнул словно девчонка,- вашей дочери и Лианны. И вашей внучки.

-Ей всего тринадцать!- Гловер налился багрянцем.

-И что? – из-под маски вновь раздался смешок, - в Нордхейме это уже подходящий возраст для брака. Ярл Кнуд Сивоглазый, собирается пустить корни здесь - и что может быть лучше, чем взять в жены местную знатную деву.

- Я люблю молодок,- пробасил стоявший у стены рыжий здоровяк в шлеме в виде оскаленной головы вепря. Он опирался на огромную секиру, зловеще поблескивавшую в слабом свете очага.


-Лианна Мормонт выйдет замуж за лорда Химота,- Мизинец кивнул на рослого гиперборейца с серыми глазами и волосами цвета меда, - а ваша дочь – за лорда Расмуса.

Молодой гипербореец, с зелеными как у кошки глазами, приветливо улыбнулся ошеломленному Гловеру, но рука его легла на рукоять меча.

-Оба из знатных родов, столь же давних, как и ваш,- продолжал Мизинец,- а Кнуд возводит родословную к самому Имиру. Так что урона для вашей чести не будет. Эти браки помогут объединить оба Севера. Выступайте, лорд Гловер и помните, что брак с ваниром - не самое худшая участь для вашей внучки. Я всегда могу отдать ее в жены лорду Дредфорта.

С поникшей головой Робетт Гловер, словно постаревший лет на десять, вышел из Великого Чертога, сопровождаемый будущим зятем. Мизинец повернулся к Клею Сервину.

-Еще один дом Севера не желает признать новую власть,- сказал он,- Риды, хотят отложиться в пользу Дейнерис. Как новый лорд Винтерфелла, приказываю вам собрать людей и вразумить их. Если понадобиться – сожгите это Сероводье и займите Ров Кайлин.

-Людей у меня почти не осталось, - хмуро произнес Сервин,- кем мне воевать с драконами и дотракийцами?

-Будьте уверены,- раздраженно сказал Мизинец,- мы найдем вам подмогу.

-Говорят Дейнерис уже в Белой Гавани,- подал голос еще один лорд, - Мандерли уже присягнули ей. Как мы можем воевать с драконами, ваша милость?

В глазах Мизинца мелькнула неуверенность. Он повернулся к Лоукки за поддержкой и впервые увидел, мелькнувшую в зеленых глазах тень раздражения.

-Мы работаем над этим,- сухо сказал гипербореец.

-Проклятая тварь за один вздох сжигала сотни вихтов! Адские псы превратились в пепел!

Приступ кашля прервал слова Рамси и тот, все еще слабой рукой, ухватил чашу с подогретым вином, чуть не расплескав его по кровати. Сделав несколько глотков, он опрокинулся на подушки: краткий выплеск эмоций отнял у него все силы. Передохнув и сделав еще глоток, он продолжил.

-Ее драконы враз уничтожили все войско, посланное за Сансой. Только мне удалось спастись.

-И на кой ты нужен без нее? - процедил сквозь зубы Бейлиш. Бегство Сансы расстроило его и эта досада только усугублялась тем, что Болтонский Бастард опять выжил. Видать гиперборейское колдовство добавило ему живучести – чем иначе можно объяснить то, что Рамси не только не умер в ледяной воде, но и сумел пройти почти милю прежде чем на него, промокшего и почти замерзшего насмерть , наткнулся отряд гиперборейцев. Они доставили его в Винтерфелл: горящего в лихорадке, мечущегося в страшном бреду, так что Бейлиш уже почти был уверен, что Болтон не жилец. Но Лоукки он все еще был зачем-то нужен – гиперборейская магия снова вытащила Рамси с того света. Как раз сегодня он пришел в себя и рассказал, что случилось.

-Двое Иных также погибли там, - заметил Мизинец,- я думал, что они не горят в огне.

-Их убили не драконы,- покачал (или все-таки покачала?) головой Лоукки,- после того, как мне доставили Рамси, туда направилось…одно существо, чтобы осмотреть следы битвы. Из реки оно достало вот это.

Из складок черного одеяния появился длинный меч.

-Валирийская сталь!- воскликнул Мизинец.

-Это меч рыжей суки Старков,- воскликнул Рамси, вскидываясь на кровати, - попадись она мне…

Конец его фразы утонул в новом приступе кашля…

-Не волнуйтесь, лорд Болтон,- тонкая ладонь ловко уложила его назад на кровать,- вам нужно набираться сил. Взятие Винтерфелла было только началом – впереди у нас новые битвы.

-Вы думаете, что сможете противостоять драконам?! - воскликнул Мизинец.

-В одиночку навряд ли,- пожал плечами Лоукки, - но с Востока уже идет подкрепление. Королева Вамматар ведет сюда величайшую армаду в истории Севера, чтобы лично принять участие в здешней войне. Сейчас она уже на полпути.

-Она может опоздать,- озабоченно произнес Бейлиш,- если Санса у Дейнерис, то она сможет нанести удар в любой момент.

-Одними драконами Север не завоюешь . А ей нужно еще собрать армию.

-Ее предок Эйгон завоеватель и его сестры покорили Вестерос всего с тремя драконам,- заметил Мизинец,- у Дейнерис их два, но и Север будет поменьше. К тому же – погибло двое Иных. Еще двоих забрала Вамматар в Гиперборею, еще один стережет Темнолесье. Мы стали много слабее…

- Не забывайте, я тоже умею воскрешать мертвых – также как и некоторые из моих людей. Да, у Иных это получается много лучше – но ведь они всего лишь орудие, порождение все той же магии Льда. Мною привезены кое-какие гримуары из Гипербореи, кое что удалось найти и в этой глухомани. Я и другие жрецы достаточно провели времени, рядом с Белыми Ходоками, чтобы как следует изучить их. И, возможно, даже понять, как эти твари появляются на свет.

Через два дня, когда Рамси уже мог вставать, Лоууки провел его и Мизинца в Богорощу. Тут многое изменилось: с ветвей свисали жирные окровавленные кишки - скагги уже начали жертвоприношения. Вокруг вырезанного в чардреве лика, теперь красовались ванирские руны и гиперборейские колдовские знаки. Завоеватели не стали притеснять веру в Старых Богов, но привнесли в нее множество элементы собственных культов и обрядов, черпая из этого искажения еще большую силу.

Чуть пониже вымазанного кровью лица, к дереву был привязан могучий человек, с ненавистью смотревший на «правящий триумвират» Севера. Спутанные волосы упали на покрытое синяками лицо, глаза налились кровью, руки и ноги покрывали жуткого вида шрамы. Вокруг стояло несколько гиперборейских жрецов в черных одеждах и ванирский шаман в рогатой звериной маске и длинном плаще из обрывков шкур. У ног пленника полыхал костер, в котором догорали человеческие кости и жир, распространявший омерзительный смрад.

-Клиган!- воскликнул Мизинец.

- Он самый,- рассмеялся Лоукки, доставая обсидиановый нож.

Колдуны затянули жуткую песню, раскачиваясь вокруг костра и бросая в него пригоршни чего-то, от чего огонь вспыхивал синими и зелеными языками. Рядом с ними, ритмично ударяя в бубен, кружился шаман. Сандор дернулся, когда Лоукки, странно пританцовывая, подошел к нему, приблизив маску вплотную к лицу Клигана. Тот плюнул кровью, но Лоукки лишь звонко рассмеялся. Его рука ухватила маску за край и резко сдернула ее. Пес невольно отшатнулся, на его лице отразилось смятение, но тут алые губы прижались к его разбитым в кровь губам и в этот момент обсидиановый нож пронзил его сердце. Вокруг слышались песнопения и бой бубна, а горящие колдовским огнем зеленые очи, пристально всматривались в глаза умирающего Сандора, видя как ненависть и боль исчезают из них вместе с жизнью, сменяясь морозной синевой ледяной нежити.

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Этот пользователь поблагодарил Зогар Саг за это полезное сообщение:
Kron73 (15.02.2019)
Старый 17.02.2019, 16:01   #79
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Союзник

-Что это, во имя Митры?

Король Валерий привстал в седле, недоуменно оглядывая местность. Впереди, сколько хватало глаз, простиралась обширная топь. В глубоких заводях и озерцах плавали поваленные деревья, обломки крестьянских домов и всякий сор.

-Возможно, разлилась Громовая,- заметил один из вельмож,- хотя сейчас это редкость.

-Вот именно,- раздраженно бросил король, спрыгивая с седла,- разбейте лагерь и отправьте разведчиков. Я хочу знать, как далеко простирается это болото.

Валерий был раздосадован - это нежданное наводнение стало первым серьезным препятствием в его планах. До этого все шло хорошо: тридцатитысячное аквилонское войско вторглось в Зингару, почти не встречая сопротивления, если не считать разрозненных нападений скопившихся в пограничье беженцев из Пуантена. Утопив в крови выступления отдельных отрядов и усеяв висельницами все побережье Алиманы, Валерий двинулся на юго-запад, планируя перейти Громовую и соедениться с Эскадо. Даже известие о поражении союзника не смутило Валерия - его свежая армия, наполовину состоявшая из немедийцев, все равно превосходила армию Конана, ослабленную уходом аргосцев и лусианцев: восстание черных рабов в Лусиане не оставляло им выбора. Эскадо, откатившийся с остатками армии, чуть ли не к Кордаве, воспользовался передышкой и, набрав на деньги Волантиса новое войско, двинулся на север.

Но все испортило наводнение.

Мрачный Валерий, в окружении полководцев , сидел в шатре, выслушивая донесения разведывательных отрядов. Им удалось найти несколько жителей из затопленных деревень. По их словам, выходило, что ничего не предвещало беды: не было ливней, стояла ясная погода, когда Громовая вдруг переполнилась хлынувшими неизвестно откуда водами, вмиг затопившими округу. Вскоре выяснилось, что эти воды соленые, а в бесчисленных лужах и озерцах обнаружилось множество морских рыб и разных гадов.

Однако самую неожиданную новость рассказали разведчики посланные дальше всех. Набранные из местных они нашли более-менее безопасные броды и вышли к Громовой. Но на речном берегу, они обнаружили незнакомый город, населенный диковинным народом. После нескольких стычек, разведчики отступили, но захватили с собой двух из убитых жителей. Они мало напоминали не то что зингарцев, но и людей вообще: один из них был карликом, ростом с десятилетнего ребенка, поросшим серебристой шерстью и с одним пурпурным глазом во лбу. Второй, напротив, был почти восемь футов ростом, тощий и абсолютно лысый, даже без ресниц и бровей. Белая кожа, покрытая серыми пятнами, выглядела странно шероховатой, как будто чешуйчатой. В раскрытом рту виднелись острые клыки, напоминающие волчьи.

- Откуда в Зингаре подобные отродья? - с отвращением произнес Валерий.

-Мантарис,- произнесла выступившая из-за его спины Мелисандра, - Город Чудовищ.

Красная Женщина явилась в стан Валерия накануне, неизвестно как пройдя к королевскому шатру, минуя множество вооруженных людей. Ночью из палатки слышались стоны и на фоне пылающего огня явственно был виден гибкий и в тоже время пышный силуэт, оседлавший лежавшего на спине мужчину. Валерий давно уже не считался со своими придворными, даже в походе не считая нужным обуздывать или хотя бы как-то скрывать самые разнузданные свои желания. На советах за ним смутной тенью следовала укрытая в алый балахон ведьма и даже самые храбрые рыцари невольно робели встретившись с взглядом ее красных глаз. С суеверным страхом смотрели они и на высокого худого кхитайца в черном одеянии и со странным посохом, вырезанным из дерева никогда не росшего в Хайбории.

- Когда Рок покарал Валирию, четырнадцать вулканов, именуемые Четырнадцатью Огнями разом извергнули огонь и пламя,- вещала Мелисандра, - каждый холм на протяжении пятисот миль изверг из себя дым, пепел и пламя, спалившее даже драконов в воздухе.

Она стояла в шатре Валерия, сидевшего за столом, вокруг которого собрались его полководцы. Говоря нараспев, словно сказительница, она обходила их и взгляд ее алых взгляд, казалось, был обращен к каждому и ко всем сразу.

- В земле открылись трещины, поглощавшие храмы, дворцы, целые города. Озера закипали и превращались в кислоту, огненная лава била на тысячу футов ввысь, из красных туч сыпалось драконово стекло и лилась черная кровь демонов, сушу на севере затопило гневное море. Но на севере Валирийского Фригольда, меньше затронутым Роком, еще остались города, пусть и все они со временем были покинуты жителями. Только в Мантарисе остались люди, но и их затронула магия Рока - сейчас Мантарис населен чудовищами, подобными тем, которых встретили ваши люди. Видно эта магия сохранялась тут и поныне - иначе как бы он остался на месте, когда все остальное сгинуло?

-А эти воды, они откуда? - спросил какой-то немедийский генерал.

-Мантарис стоял на берегу реки, впадавшей в Море Вздохов,- пожала плечами жрица,- видимо какие-то воды остались с ним. Странно, что это произошло только сейчас.

-Как бы то ни было,- Валерий встал из-за стола,- дорога на тот берег проходит через этот город. И я не могу идти дальше, пока у меня в тылу находится этот рассадник чертовщины.

Одобрительный гул был ему ответом, а Мелисандра загадочно усмехнулась.

На следующий день, когда вода чуть спала, а броды - разведаны окончательно, армия Валерия выступила на запад. Идя меж глубоких озер и журчащих ручейков, солдаты то и дело делали знаки отвращающие зло, видя как в воде резвятся уродливые рыбы, а огромные крабы, наполовину высунувшись из воды, провожают войско неподвижными глазами. Богатый край, с обильными пастбищами, полями и фруктовыми садами, оказался погублен: соленые воды на долгие годы превратили эту зингарскую провинцию в бесплодную пустошь. Временами аквилоно-немедийское войско натыкалось на зингарские деревни, которым посчастливилось пережить потоп, потому что они стояли на возвышенности. Местные жители, испуганные неожиданным катаклизмом, добавившимся к разорившей страну гражданской войне, были готовы присягнуть любой власти, способной навести порядок. Они пока не знали, что Валерий на это способен не более, чем любой разбойник с большой дороги, коих за годы усобицы появилось немало.

Вскоре перед ними появилась река Громовая - разлившаяся вдвое больше обычного. А на ее берегу стоял город - с высокими стенами из черного камня, выше любого из городов Хайбории. Еще выше стен вздымались башни и крыши дворцов, украшенные изображениями драконов, горгулий, минотавров и прочих чудовищ.

-Смотрите, Ваше Величество,- Мелисандра указала королю на реку. Валерий проследил за ее взглядом и хищно улыбнулся: рядом с городом виднелся порт, где покачивалось на воде несколько больших барж, множество рыбацких баркасов и даже пара галер.

-Кажется, нам есть о чем побеседовать с местными,- произнес он.

Однако в Мантарисе явно не желали беседовать с королем Аквилонии: едва его войско приблизилось к стенам города, как массивные бронзовые ворота захлопнулись, а со стен полетели камни и бревна, сопровождаемые завываниями и ругательствами на незнакомом языке. Разъяренный Валерий приказал взять город в осаду. Тогда же он попытался захватить и приглянувшиеся ему суда, но и тут потерпел фиаско: разлившаяся река оказалась слишком глубокой и быстрой, а со стен Мантариса слишком хорошо следили за неприятелем. Суда были отведены в город по проходящим под стеной каналам, тут же закрытым прочными решетками. После этого стало ясно, что штурма не избежать. Но для этого пришлось еще полдня ждать, пока в армию доставят тяжелые осадные орудия, с трудом влекомые по болотам.

К полудню орудия прибыли и начался штурм. Сначала стены города обрушился град снарядов из катапульт, сопровождаемый ливнем стрел. После того как жители города перестали появляться на стенах, к воротам подтащили таран, тогда как аквилонские и немедийские солдаты начали подниматься по осадным лестницам. Однако, когда до верха оставалось всего несколько футов, как Мантарис, доселе молчавший, вдруг разразился оглушительным воем и на стенах вмиг появилось множество уродливых существ, обрушивших на врагов камни, бревна, потоки горячей смолы и еще какой-то субстанции от которой люди вспыхивали как сухая трава . Жуткий вой и глумливый смех слышался со всех сторон, смерть во множестве обличий предстала солдатам и те, не выдержав такой атаки, невольно дрогнули. К тому же началось смеркаться, а в ночи уродливые силуэты, жуткий вой и хищное мерцание множества глаз казались в несколько раз страшнее. Штурм захлебнулся и Валерий неохотно скомандовал отступление.

Узурпатор был вне себя - он и так затратил на этот город больше времени, чем он того заслуживал. Каждое промедление работало против него: если он не успеет соедениться с Эскадо, то Конан того и гляди поспеет сюда раньше. Тревожные вести приходили и из Аквилонии: поскольку верные Валерию войска оказались в Зингаре, по стране вновь начали вспыхивать восстания. Пикты, впервые за долгие годы, объеденившиеся во что-то вроде союза, начали дерзкие набеги по всей западной границе. По слухам, у них появился новый вождь или колдун, сумевший объединить часть разрозненных кланов. В довершение всех бед несколько киммерийских кланов, объеденившись, вторглись в Гандерланд, совместно с золотоволосыми варварами из еще более отдаленных краев. Все это требовало незамедлительного решения, однако Валерий не мог приступить к нему, не покончив с Конаном. Что особенно его тревожило во всем этом - то, что его действия вызовут гнев Амальрика и Ксальтотуна, и без того недовольных своим "ручным" королем Аквилонии. Валерий не мог себе позволить дальнейшего промедления, поэтому, когда Мелисандра предложила себя как посредницу в переговорах с властями Мантариса, король недолго раздумывал, прежде чем дать согласие.

В городе Мелисандра пробыла остаток ночи, а наутро вернулась в шатер Валерия, снова загадочным образом миновав все кордоны и стражу.

- Члены Совета Мантариса встретятся с вами, Ваше Величество,- с поклоном сказала она.

В город, кроме Валерия и Мелисандры, было позволено въехать еще десяти рыцарям, а также кхитайцу Ляо Ци. За черными стенами Мантарис выглядел далеко не так внушительно как снаружи: широкую мостовую, по которой ехал король, покрывали грязь и нечистоты, отходящие от нее узкие улочки выглядели еще более убого. Полуразвалившиеся дома зияли черными дырами окон, причем обитаемым выглядело от силы, каждое пятое строение. Разрушающиеся дворцы и храмы также пустовали, а на выщербленных от дерева ступеньках грязные, уродливые дети дрались за отбросы с бродячими собаками и, немногим уступавшими им размерами, серыми крысами. По улицам текли настоящие реки из нечистот, испускавшие нестерпимый смрад.

Под стать городу были и жители, угрюмо рассматривавшие чужаков: великаны и карлики, покрытые шерстью и чешуей, одноглазые и двухголовые. Даже относительно нормальных людей, которых в Мантарисе было все-таки большинство, отличали на редкость уродливые черты лица, нескладное телосложение и злобные, порочные взгляды, которыми они провожали Красную Женщину. Но в этих взглядах, к похоти и злобе примешивался и откровенный страх.

На ступенях большого дворца, некогда, без сомнения, красивого и величественного, а ныне превратившегося почти в руины, стояли трое существ, представлявших высшую власть в этом городе. Выглядели они так, как должны были выглядеть хозяева Города Чудовищ: первый был чудовищно толст и высок, напоминая вставшего на задние лапы бегемота. Складки сала распирали парчовое одеяние, грозя разорвать его. Помимо двух маленьких, заплывших жиром глазок, на лбу этого существа красовался и третий - без век и белков, большой, фиолетовый зрачок, расползшийся на пол макушки. Подол длинного одеяния почти полностью закрывал ноги, но когда существо двигалось, оно немного поднималось и Валерий сумел увидеть, что хоть одна жирная нога и была обута в сандалию, на второй обуви не было вообще - только огромное копыто. Второй член Совета был полной противоположностью первому - маленький, почти карлик, с неестественно огромными глазами на пол-лица и вертикальными зрачками.Непропорционально велика была и голова этого существа - казалось, это тщедушное тело вот-вот переломится от непомерной тяжести. Из расшитых золотыми и серебряными нитями рукавов выглядывали когтистые лапы, покрытые чешуей. Что же до третьего, то это был красноглазый альбинос, обычного человеческого роста и телосложения. Не в пример своим, абсолютно лысым, собратьям этот имел роскошную белую шевелюру, спадавшую до середины спины. Этот член Совета показался Валерию самым человекообразным - до тех пор, пока пола его одеяния не распахнулась и король не увидел, что в груди альбиноса зияет огромная дыра, прикрытая прозрачной пленкой, за которой билось обнаженное сердце.

-Благородный Дейгон, благородный Мекар и благородный Эйлис,- Валерий едва удержался от ухмылки, заслышав это представление от Мелисандры. Однако, ему нужен был этот город и его корабли, поэтому он ограничился лишь коротким кивком. Красная Женщина, в свою очередь, представила Валерия, после чего толстяк Дейгон, бывший, судя по всему, главным в этом триумвирате, пригласил гостей во дворец. Валерий последовал за ним, сопровождаемый настороженно оглядывающимися рыцарями.

В огромном зале, с полуобвалившимся куполом, Валерий, через Мелисандру, общался с членами высшего Совета Мантариса. Чуть ли не с первых же слов он понял, что они опасаются его куда больше, чем он их - как-никак за его плечами стояли две великие империи и величайший колдун в истории человечества, тогда как Мантарис оказался один, в окружении полностью враждебного ему мира. Естественно, здешние власти хотели выжать как можно больше пользы из своего сиюминутного преимущества, получив хоть какие-то гарантии на будущее.

В итоге сошлись на том, что Мантарис, в лице его правителей, давал вассальную присягу Валерию, а тот в свою очередь, обязался оказывать городу защиту от всех возможных обидчиков. На удивление обе стороны, не страдавшие особой щепетильностью, собирались выполнять это соглашение: в Мантарисе уже поняли, что выбора у них нет, а Валерий, с подачи Красной Женщины, смекнул, что в будущем ему не помешает союзный анклав в Зингаре, ослабляющий это королевство. Что скажут его зингарские союзники, аквилонского короля мало волновало. Так или иначе, договор был заключен - и в подтверждение его Валерий отдал своим союзникам всех оставшихся у него пуантенских пленников, резонно рассудив, что такие чудища, как эти, смогут придумать для них что-то интересное. В обмен, король Аквилонии получил в свое распоряжение весь неказистый "флот" Мантариса.

Ночью первые суда отчалили от берега. За их спиной мерцал редкими огнями Мантарис, но даже из-за черных стен были слышны душераздирающие вопли несчастных пуантецев. Валерий почти не замечал их - его взоры были прикованы к противоположному берегу, где уже горели костры, отмечавшие месторасположение огромного войска. По его расчетам Эскадо уже должен был дойти до места, где они условились соедениться с Валерием. Утром король Аквилонии рассчитывал выступить на юг, чтобы совместными усилиями ударить по Конану, раз и навсегда, уничтожив эту угрозу своему правлению.

Нос первой лодки у ткнулся в берег и, спрыгнувший на берег немедийский капитан, громко поприветствовал приближавшихся к нему солдат. В ответ свистнула стрела и воин, выпучив глаза, медленно осел на землю. В этот миг ночная тьма огласилась многоголосым воинственным кличем, выкрикиваемым, вне всякого сомнения, по-аквилонски. На лодки обрушились стрелы и копья, разом покосившие сотни застигнутых врасплох солдат Валерия. Последний почти не заметил этих потерь: с бессильной ненавистью он смотрел на развевавшееся над шлемами нападающих черное знамя с золотым Львом.

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Этот пользователь поблагодарил Зогар Саг за это полезное сообщение:
Kron73 (18.02.2019)
Старый 20.02.2019, 23:00   #80
Король
 
Аватар для Зогар Саг
 
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 5,414
Поблагодарил(а): 278
Поблагодарили 445 раз(а) в 271 сообщениях
Зогар Саг стоит на развилке
Призер конкурса Саги о Конане 2018: За призовое место на конан-конкурсе 2018 года. 300 благодарностей: 300 и более благодарностей Банда берсерков: За победу в Конан-конкурсе 2016 Шесть человек на сундук мертвеца: За победу в Хоррор-конкурсе 2015 года 5 лет на форуме: 5 и более лет на фоурме. Спасибо что Вы с нами! Первое место на Конан-конкурсе - лето 2010: За рассказ, занявший первое место на конкурсе фанфиков по мотивам Саги о Конане Третье место на конкурсе «Трибьют Роберту Говарду»: За рассказ, занявший третье место на конкурсе рассказов по мотивам творчества Роберт Говарда. Заглянувший в сумрак: За третье место на конкурсе хоррор-рассказов в 2012 году. Безусловный победитель осеннего конкурса 2011: За первое и второе место на осеннем конкурсе рассказов по мотивам "Саги о Конане". 1000 и более сообщений: За тысячу и более сообщений на форуме. Второе место Зимнего Конкурса 2011: Автор рассказа, занявшего второе место на зимнем конкурсе фанфиков. Фанфикер 
По умолчанию Re: Игра Дракона

Переговорщик

Тирион потянулся и, отбросив тяжелое красное одеяло, сел на кровати. В голове слегка гудело и он, с трудом продрав глаза, потянулся за стоящим на столике кувшином. Вино еще плескалось на донышке, но, явно недостаточно, чтобы утолить жажду королевского десницы.

-Вина! – он постарался придать голосу как можно больше твердости,- вина, Иные вас задери!

Ворох одеял рядом зашевелился и оттуда выглянула заспанная, но не ставшая от этого менее очаровательной девичья мордашка. Томный взгляд из-под длинных черных ресниц и распахнувшаяся ночная рубашка, обнажившая нежную грудь, мигом заставили Тириона забыть о ноющей тяжести в голове. Наклонившись, карлик жадно припал к податливым алым губкам, одновременно откидывая одеяла и раздвигая стройные ножки. Девушка, смеясь, подставляла затвердевшие соски под его жадные поцелуи, пока ее ловкая ручка умело массировала мужское достоинство Тириона, направляя затвердевшую плоть в свою влажную щелку.

Появившийся в дверях слуга тихо поставил на столик кувшин с вином и блюдо с сушеными фруктами, после чего, никем не замеченный вышел из каюты.

- Завтра, в это же время? - уже после спросил расслабленный Тирион, развалившись на кровати, даже не потрудившись прикрыть наготу.

- Нет, только через два дня,- улыбнулась девушка, сноровисто натягивая бело-серебряное платье,- вы разве забыли? Вечером к вам придет Сардинья Королева, а завтра - Поэтесса.

- В здешнем цветнике немудрено потерять счет времени,- Тирион забросил в рот несколько фиников и запил вином, - все равно ты у меня самая любимая.

-Вы говорите это всем девушкам, лорд Тирион,- рассмеялась Серебряная Тень, - до встречи.

Отпустив воздушный поцелуй, куртизанка выпорхнула за дверь, а Тирион, допив кубок, принялся одеваться. Развлечения закончились, впереди были долгие будни.

Уже позже, умывшись и перекусив, Тирион облачился в черный камзол, со знаком Десницы, и спустился в поджидавшую его шлюпку. Галея под знаменем Таргариенов стояла в Пурпурной Гавани - в знак особого почтения к Матери Драконов, посольский корабль разместили здесь, куда раньше не допускались иностранные суда. На восточной оконечности гавани высились бело-синие башни и купола красивого и величественного строения – дворца Морского Владыки. Каждый день Тирион проводил здесь или в Железном Банке, отчаянно споря с прижимистыми банкирами и городскими магистрами, возвращаясь на свой корабль лишь под вечер, предварительно отправив ворона Дейнерис. Однако тяжелый рабочий день, сполна возмещался темными браавоскими ночами, ибо по возвращению возле корабля Тириона Ланнистера ждала гондола с одной из легендарных куртизанок Браавоса. Он понимал, кто и зачем оплачивает ему этих красавиц, за ночь с иной из которых, давали столько золота, что можно было купить замок. И все же, понимая, что к чему, Тирион, незаметно даже для себя невольно поддавался их любовным чарам - ему приходилось все чаще напоминать себе о том, что он представляет интересы королевы Семи Королевств, а не браавоских куртизанок и их хитроумных нанимателей.

Сидя за обеденным столом в просторной зале, со стенами, украшенными причудливой мозаикой из черно-белого мрамора, Тирион с аппетитом поедал запеченного осетра, фаршированного креветками. Куски вкусного, тающего во рту мяса, он запивал терпким красным вином.

-Не похоже на арборское, - карлик покачал на весу золотой кубок, - и на дорнийское тоже. Неужели в Браавосе научились делать свое вино?

- Нет, это аргосское,- произнес Тормо Фрегар, - Аргос это страна из тех, что…

-Я знаю, что это за страна,- перебил его Тирион, - а вы не теряете времени даром…

Кроме Тириона и Морского Владыки, - немолодого, полноватого мужчины в сине-белом одеянии,- за накрытым столом сидело еще двое: банкир Тихо Несторис и странный худой мужчина, в черном одеянии и наголо бритым черепом. На первый взгляд он напоминал септона, но что-то неуловимо чуждое отличало этого человека от вестеросцев, да и любых народов известных Тириону. Это не нравилось ему –вокруг и так было слишком много загадок.

- Королева Дейнерис открыта для альянса,- Тирион прожевал последний кусок и сполоснул пальцы в пиале с лимонной водой, - но ей, как и раньше, нужны гарантии.

-Разве она еще не убедилась, что угроза реальна? - мягко спросил Тормо.

-Убедилась,- кивнул Тирион, на днях получивший известие о падении Винтерфелла. Скрывать это от браавосийцев не имело смысла – на одной из встреч они сами заговорили об этом.

- Угроза реальна – и именно это заставляет королеву сомневаться,- произнес Тирион,- стоит ли ей распылять свои силы для помощи Браавосу или обрушиться разом на зло, захватившее Север. Вы говорили, что вы обладаете достаточной силой для того, чтобы дать отпор – так неужели вы не выстоите в одиночку? По слухам, те, кто приходят с востока, обычные варвары, ничем не лучше одичалых –неужто ваш флот не сможет легко потопить их?

-В том-то и дело, что не может, коротышка,- раздался веселый голос.

Все как по команде обернулись: у дверей стоял Эурон Грейджой, нахально осматривая собравшихся. Не дожидаясь приглашения, он уселся за стол и налил себе вина.

-Что он тут делает? – Тирион подозрительно посмотрел на Тормо и Тихо,- вы опять сменили сторону?

-Не бойся, коротышка,- рассмеялся Эурон,- я теперь верный подданный династии Таргариенов.

- С каких это пор?- Тирион заломил бровь,- как же моя сестра?

-Я порвал с ней,- пожал плечами Железнорожденный,- она уже не королева Семи Королевств, но лишь жалкая беженка, ищущая утешение в бредовых планах о мести. Такой бред приятно слушать, но я предпочитаю стоять твердо на палубе, а не витать на ветрах Штормового Бога. Ваша сестра - прошлое, а я хочу смотреть в будущее!

-И что же вы видите там?- с сарказмом произнес Тирион.

-Дейнерис во главе Вестероса, а себя – королем Железных Островов, - ощерился Грейджой, - впрочем, я всегда готов разделить с королевой бремя власти.

- О чем вы?

- Проще говоря - я делаю ей предложение!

-Ваши племянники уже говорили, что вы питаете такие надежды,- едко сказал Тирион,- но зачем Дейнерис мятежник и братоубийца? То, что вы предали мою сестру немногого стоит - мой брат все равно не сдастся.

-Верно,- ухмыльнулся Эурон,- но я могу прижать его с моря в Утесе Кастерли - и ему придется пойти на попятный. Особенно когда Серсея окажется у вас в руках.

-Окажется?- Тирион посмотрел на браавосийцев. Тормо Фрегар опустил глаза.

-Мы решили, - произнес он, - в интересах дальнейшего сотрудничества….нам лучше отдать вашу сестру Дейнерис. Если ваша королева поклянется сохранить ей жизнь…

-Вы не в том положении, чтобы что-то требовать,- рассмеялся Эурон,- они еще не сказали?

-Не сказали, что? – Тирион посмотрел на Фрегара. Тот тяжело вздохнул, бросив злой взгляд на Эурона, и начал рассказывать.

Первое столкновение Браавоса со «злом с востока» произошло, когда рыжие варвары, в союзе с волосатыми иббенийцами захватили Лорат. Тысячи горожан, спасаясь от резни, хлынули в Норвос и Браавос, после чего, оба города, объединив армии, выступили в поход. Однако варваров в Лорате уже не было – они покинули город за несколькими днями раньше. Норвосийцы вернулись к себе, а Браавос, укрепив гарнизон в Лорате, готовился и дальше защищать Вольный Город. Само собой, что Лорат к тому времени утратил даже видимость независимости, превратившись в полную марионетку. Так продолжалось несколько месяцев – время, за которое новые враги почти не давали о себе знать, если не считать редких стычек в море. Однако в Браавосе, изучая рассказы шпионов, купцов и перебежчиков - иббенийцев, все отчетливей понимали - на востоке собирается сила, способная стать величайшей угрозой для Вольного Города со времен Валирии.

И вот, несколько дней назад, это предположение получило новое, ужасающее подтверждение.

-Десять дней назад на Лорат опять напали рыжие варвары, совместно с иббенийцами и беловолосыми колдунами,- рассказывал Морской Владыка,- не знаю, как им удалось застать наших врасплох, но весь браавосийский гарнизон был вырезан подчистую, да и в Лорате началась резня. Беглецы-лоратийцы, добравшись до Браавоса, вновь взмолились о помощи и мы отправили туда лучшие корабли – чтобы раз и навсегда решить эту проблему.

-Не поставив нас в известность,- заметил Тирион.

-Не хотели вас лишний раз беспокоить,- произнес Несторис.

-А точнее,- ехидно заметил Эурон,- хотели попытаться решить проблему своими силами. Но что-то пошло не так…

-Да,- неохотно произнес Тормо Фрегар,- хотя, казалось, что дело верное. Эти варвары не стали принимать боя: едва завидев на горизонте наши корабли, они оставили Лорат и скрылись в Лабиринте на Лоссарионе.

-Это такой остров недалеко от Лората,- пояснил Эурон, недоуменно поднявшему брови Тириону,- там один из самых больших лабиринтов. Море потихоньку подтапливает его и в некоторые ходы можно зайти на лодках, если у судна малая осадка.

-Рыжие варвары, которых, как мы узнали, именуют ванирами, имели лодки, позволившие им зайти в Лабиринт, - пояснил Морской Владыка, - но наши галеи были слишком велики. Впрочем, дальше Лабиринт все равно повышается и далеко те корабли не ушли бы. На совете капитанов решили высадить в Лабиринте войска и перебить варваров с колдунами, благо браавосийцев было раз в пять больше. Оставив на кораблях охрану, наши зашли в Лабиринт. Но не пройдя и ста шагов, они услышали позади звук, напоминающий боевой рог – только очень громкий. Вслед за ним послышались дикие крики, звериный вой, демонический хохот и иные звуки, от которых кровь стыла в жилах даже у самых храбрых. Наши моряки кинулись назад и увидели, что море заволокло густым туманом, испускавшим лютый холод. И из этого тумана появлялись корабли…один за другим, самые разные – казалось, им нет числа. С кораблей спрыгивали варвары, колдуны и какие-то…твари не знаю, как их еще назвать. Наши моряки попытались отбить корабли - и тут из Лабиринта их атаковали укрывшиеся там варвары.

-Я слышал кое-что еще о той битве,- заметил Эурон,- говорят, на кораблях видели Белых Ходоков и живых мертвецов и иных тварей, вовсе неведомых в известном мне мире - а я повидал многое. Говорили, что предводитель варваров, с черно-рыжими волосами, дудел в странный рог - и из моря восставали кракены и морские змеи и иные твари, что нападали на корабли и топили их. Эйрон Мокроголовый, наверное, сказал бы, что сам Утонувший Бог пришел к ним на помощь.

- Откуда вы все это знаете? – неприязненно спросил Несторис.

-У меня есть друзья среди браавосийских моряков,- усмехнулся Эурон,- и как, вы знаете, тем из них, кто остался на кораблях, удалось увести несколько судов.

Тихо Несторис и Тормо Фрегар промолчали и это молчание лучше всего сказало Тириону, что вся эта жуткая, фантастическая история - правда.

-Сколько кораблей вы потеряли?- спросил он.

-Много,- уклончиво ответил Несторис.

- Чуть ли не треть Браавосийского флота, - усмехнулся Эурон,- считайте сами, много это или мало. Теперь вы понимаете, почему им теперь нужен я…и вам тоже.

-Разве Браавос не может быстро возместить потери?- спросил карлик, демонстративно игнорируя пирата,- я слышал в вашем Арсенале могут за день собрать боевую галею.

-Это так, - кивнул Несторис,- но нам нужно много галей - и не только судов, но и экипажей. А времени у нас мало – в Лоратийском Заливе сейчас собран весь вражеский флот. Говорят, что их флагман – огромный корабль, с черным парусом и кроваво-красной кляксой на нем.

-Это эмблема Вамматар,- произнес вдруг доселе молчавший бритоголовый,- Королевы Гипербореи, величайшей из ведьм Севера. Она обрела новые силы, через тех, кого вы зовете Иными и Белыми Ходоками – и все эти силы она собирается обрушить на всех вас.

- Кто это?- Тирион с подозрением посмотрел на бритоголового.

-Альваро, жрец из Немедии,- представил его Несторис,- наш союзник.

-Союзник?- Тирион недоверчиво посмотрел на чужестранца,- он помолится о нашем спасении?

-Я слуга величайшего из колдунов, которых когда-либо знали в Хайбории,- холодно произнес жрец,- а ваши земли и вовсе никогда не знали таких. Мой господин - Ксальтотун из Ахерона и Вамматар наш общий враг. Он не может прибыть самолично, но его сила будет передаваться через меня, дабы остановить Королеву-Ведьму.

-Я слышал много баек про магов из новых земель,- протянул Тирион, - если в них есть хоть треть правды – твоя помощь будет весьма кстати. Что же до вас,- он недоверчиво посмотрел на Эурона,- не уверен, что наша королева поддержит этот союз.

-Постарайтесь ее убедить,- весело сказал Эурон,- я не настаиваю на немедленной выдаче Теона и даже могу подождать со сватовством. Мне пусть для начала признает меня королем – и я сам выдам ей Серсею, в знак своей лояльности.

-Я изложу эти пожелания в письме королеве, - сдержанно произнес Тирион.

-Только не затягивайте,- озабоченно произнес Фрегар,- времени очень мало.

Вечером, возвращаясь на корабль, Тирион заметил у борта незнакомую гондолу, богаче и красивей, чем у всех его бывших подружек. Когда его шлюпка подошла ближе, на борту судна вдруг поднялась гибкая фигура, с формами, достойными богини любви Лиса. Со смуглого лица, обрамленного кудрявыми локонами, на Тириона глянули смеющиеся огромные глаза.

-Лорд Тирион, - девушка протянула ему изящную ручку,- меня зовут Беллегера Отерис.

-Черная жемчужина Браавоса,- учтиво сказал карлик, целуя руку.

-Милорд слышал обо мне? - послышался мелодичный смех,- такая честь для бедной девушки. Что же, не будем откладывать знакомство?

-Ни в коем случае,- заверил ее Тирион, подавая руку, чтобы самая знаменитая куртизанка Браавоса смогла перейти в его лодку,- это будет самая приятная встреча за сегодняшний день.

For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
Зогар Саг вне форума   Ответить с цитированием
Этот пользователь поблагодарил Зогар Саг за это полезное сообщение:
Kron73 (21.02.2019)
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей - 0 , гостей - 1)
 
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете прикреплять файлы
Вы не можете редактировать сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.
Быстрый переход


Часовой пояс GMT +2, время: 04:50.


vBulletin®, Copyright ©2000-2019, Jelsoft Enterprises Ltd.
Русский перевод: zCarot, Vovan & Co
Copyright © Cimmeria.ru