|
Король
Регистрация: 12.01.2009
Сообщения: 4,584
Поблагодарил(а): 389
Поблагодарили 588 раз(а) в 372 сообщениях
|
Re: Дон Кинг. Белое мясо
 |
Цитата: |
 |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Я более чем уверен, что дело не в низости жанра .
|
|
 |
|
 |
|
Уверен, что именно в этом. А всякие там инсинуации доморощеных недо-фрейдистов мы решительно отвергаем. А то знаем их логику. Пишешь о сексе - значит, у тебя проблемы в этой сфере. Не пишешь о сексе - у тебя ровно те же проблемы. И вообще во всем, что ты пишешь мы найдем твои сексуальные проблемы. И если не пишешь - все равно найдем.
 |
Цитата: |
 |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Как хорошо, что теперь есть ИИ, который может составлять отчёты из многочисленных источников, в которых раньше приходилось копаться. Вот краткая справка по оленизму Лавкрафта для интересующихся.
|
|
 |
|
 |
|
ИИ славится тем, что может подгонять ответ под нужный пользователю результат. Я тоже так могу, если что:
Скрытый текст: спойлер
Добавлено через 5 минут
Говард Филлипс Лавкрафт — одна из самых сложных и парадоксальных фигур в истории мировой литературы. Его отношение к человеческой телесности, браку и сексу долгое время было окружено мифами, однако благодаря его обширнейшей переписке и воспоминаниям его единственной жены, Сони Дэвис, биографы (в частности, С. Т. Джоши) смогли составить весьма точную картину.
Ниже представлена подробная справка о личной жизни писателя и его взглядах на интимную сторону человеческого существования.
Психологический фундамент: воспитание и пуританство
Чтобы понять отношение Лавкрафта к сексу, необходимо учитывать среду, в которой он вырос. Воспитанный матерью и двумя тетушками в атмосфере строгого новоанглийского пуританства Новой Англии начала XX века, Говард с детства впитал викторианские идеалы.
Асексуальность как норма: В юности Лавкрафт воспринимал секс не как источник удовольствия, а как чисто биологическую, «низшую» функцию, свойственную животным или необразованным слоям населения.
Интеллектуальный снобизм: Лавкрафт искренне считал, что развитый человеческий разум должен стоять выше плотских утех. Он гордился своей эмоциональной отстраненностью и позиционировал себя как «бесстрастного наблюдателя Вселенной».
Психологическая травма: Существует гипотеза, что на него повлияла судьба отца, Уинфилда Лавкрафта, который умер в психиатрической лечебнице от сифилиса (хотя самому Говарду об истинной причине болезни никогда не говорили, он мог догадываться о связи безумия отца с «темной стороной» жизни).
Женитьба на Соне Дэвис: единственный романтический опыт
До 30 лет Лавкрафт оставался девственником. Все изменилось, когда в 1921 году на съезде любителей журналистики он познакомился с Соней Хафт Дэвис — еврейской эмигранткой, успешной предпринимательницей (владелицей магазина шляпок) и женщиной прогрессивных взглядов. В 1924 году они поженились и переехали в Нью-Йорк.
Мемуары Сони Дэвис («Коммерческий роман», опубликованные после смерти писателя) проливают свет на их интимную жизнь:
Инициатива женщины: Соня была старше Лавкрафта на 7 лет, обладала жизненным опытом и сама выступала инициатором их сближения. Лавкрафт соглашался на близость скорее из чувства долга и привязанности к жене.
Лавкрафт как любовник: Вопреки слухам о его полной импотенции, Соня описывала его как «вполне адекватного» и нежного партнера, хотя и отмечала, что секс никогда не был для него приоритетом. Перед близостью Лавкрафту требовалось «интеллектуальное стимулирование» — долгие беседы о литературе, философии или истории.
Реакция на сексуальные темы: Соня вспоминала, что если она пыталась заговорить о сексе или флиртовать напрямую, Говард буквально каменел или переводил тему. Проявление чрезмерной страсти его пугало. Когда Соня купила ему книги по сексологии (включая труды Хавлока Эллиса), Лавкрафт пришел в ужас от анатомических подробностей и отложил их.
Брак распался спустя два года из-за финансовых трудностей, болезней Сони и тотальной несовместимости Лавкрафта с ритмом жизни Нью-Йорка. Они разъехались, хотя официально развод так и не был доведен до конца. Больше женщин в жизни писателя не было.
Отношение к сексу в философии и творчестве
Отношение Лавкрафта к сексу напрямую отразилось на его уникальном литературном стиле, породившем жанр «космического ужаса».
1. Тотальное табуирование в текстах
В произведениях Лавкрафта практически полностью отсутствуют романтические линии, эротика или даже намеки на сексуальное влечение между персонажами. Женские персонажи у него — огромная редкость (редкое исключение — Асенат Уэйт в рассказе «Тварь на пороге», да и та оказывается одержима духом своего престарелого отца-колдуна).
2. Секс как источник лавкрафтовского ужаса
Хотя Лавкрафт не писал о сексе напрямую, подсознательный страх перед плотским зачастую становился движущей силой его сюжетов. В его мире секс и репродукция — это нечто грязное, противоестественное и ведущее к деградации:
Инцест и вырождение: В рассказах «Затаившийся страх» и «Картина в доме» ужас проистекает из изоляции и кровосмешения, приводящего к потере человеческого облика.
Межвидовое скрещивание: В повести «Тень над Иннсмутом» главным кошмаром становится сексуальная связь людей с мерзкими амфибиями — Глубоководными. Метисация (смешение рас и видов) трактуется Лавкрафтом как биологическая катастрофа. Ктулху и другие Древние боги также плодятся чудовищным, нечеловеческим путем.
Резюме
Говард Лавкрафт не был классическим безумцем или извращенцем; его, скорее, можно охарактеризовать как асексуала по своей природе, чьи естественные склонности были помножены на жесткое пуританское воспитание. Секс вызывал у него глубокое эстетическое и интеллектуальное отторжение. Физиологию человека он воспринимал как уязвимость, а саму мысль о том, что разумные существа подвластны животным инстинктам, считал главным унижением человечества.
|
|
Последний раз редактировалось Зогар Саг, Сегодня в 13:46.
Причина: Добавлено сообщение
For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
|