![]() |
|
|
#42 |
|
Король
|
Новые приключения Риссы) На этот раз - на Тридцатилетней войне:
![]() Побег из Рэйвенланда* Вода в фьорде была черна, как дёготь, и пахла не солью, а серой и гарью— верный знак того, что жрецы Сурта уже вскрыли жилы земли у подножья Геклы и принесли кровавые жертвы властелину Муспелльхейма. Рисса стояла на берегу держа кинжал из обсидиана, а за её спиной, в глубине острова, догорал длинный дом — пристанище ее немногочисленных сторонников. Сами они — горстка морских ведьм с островов на северо-западе Рэйвенланда да несколько инутских шаманов из Фрисланда**, явившихся на зов «избранницы Седны» лежали мёртвыми рядом со своим домом, и их кровь впитывалась в мёрзлую землю, наполняя воздух солёным привкусом. Рисса стояла на берегу узкого фьорда, где черные воды океана встречались с отвесными скалами. Ветер рвал ее одеяния из кожи морских тварей, путал золотые волосы, в которых застыли кристаллы морской соли. Она носила свои неизменные — диадему из алых кораллов и ожерелье из акульих зубов, окованных серебром. Ее алебастровая кожа то и дело подергивалось тонким узором перламутровой чешуи — признак закипающей ярости. — Глупцы! — прошипела она, и ее сине-зеленые глаза потемнели, словно море перед бурей. — Они думают, что огонь Сурта сильнее Пучины. Они забыли, кто я. — Она здесь! — раздался грубый голос, перекрывающий треск огня. — Эдмунд обещал золото по весу за её голову, но живьём она стоит втрое дороже! Рисса обернулась и увидела с пару десятков всадников: мчавшихся по берегу, их кони хрипели, вздымая пар из ноздрей, а в руках всадников блестели мечи и наконечники стрел на натянутых луках. Во главе отряда скакал статный воин, лет тридцати, со светлой косой, выбивавшейся из-под шлема. Ингольф, регент Рэйвенланда, единолично правил этим суровым островом, и назначил его на эту должность король Эдмунд — бастард, которого Рисса когда-то сочла слишком слабым для трона. Она поддержала Бродира, грубого и жестокого короля Островов, но Бродир пал от руки сводного брата, собственноручно срубившего ему голову под стенами Люнденбурга. Эдмунд теперь носил корону бретвальды, и его власть простиралась от норвежских фьордов до лесов Маркланда. Рисса надеялась, что на отдаленных, вечно недовольных Люнденбургом окраинах, где испокон веков чтили Морских Богов, она сможет найти поддержку своим притязаниям. Однако Ингольф, ярл Красного Острова*** и регент при своем племяннике, малолетнем ярле Олафе, оказался верен Эдмунду. Этот пес не просто отказал ей в помощи; он объединил против нее всех, кто имел хоть какое-то влияние в этой промерзлой дыре. Ярлы Фрисланда, чьим наместником некогда был Эдмунд, также прислали своих воинов, вооруженных секирами и мечами, а также жриц Скади, чьи ритуальные жезлы украшали руны льда и полярной ночи. Но что хуже всего, опасаясь магии жрицы Ран Ингольф заключил союз с орденом «Сыновей Пепла» — тайным обществом жрецов Сурта, поклоняющихся огненной погибели мира. Их ритуальные костры уже горели на вершинах гор, предвещая ей скорую и мучительную смерть. — Рисса Макморн! — заорал Ингольф, натягивая поводья так резко, что конь встал на дыбы. — Ты думала, что сможешь сбежать? Ты думала, что инутские колдуны и эти грязные ведьмы защитят тебя от гнева бретвальды? Ошибаешься, сука! Мы перебили их всех, как овец! Сдавайся, и, может быть, я позволю тебе сохранить жизн! Рисса усмехнулась, и в этой усмешке было столько холода, что ближайшие волны, казалось, покрылись ледяной коркой. Она провела пальцами по лезвию обсидианового кинжала, и первые капли крови пролилась в воду, растворяясь чернильным пятном. Она чувствовала, как внутри неё просыпается змея — кровь кнакера, что был её отцом и её проклятием. Её зрачки вытянулись в вертикальные щели, и по коже, обнажённой под рваным плащом, вновь пробежала рябь перламутровой чешуи. — Ингольф! — крикнула она в ответ. — Ты привёл с собой жрецов Сурта, убил моих людей и ты думаешь, что победил? Глупец, ты лишь разбудил то, что тебе следовало оставить в покое! Я — не беглянка. Я — та, кто выбирает, когда уйти. И я ухожу сейчас, но когла я вернусь ты еще не раз проклянешь тот день, когда подался на сторону Эдмунда. Она подняла кинжал и снова полоснула по своей ладони, глубоко, до кости, и кровь хлынула потоком, падая в чёрную воду фьорда. В тот же миг вода вокруг неё забурлила, вскипела, и из глубины начали подниматься пузыри — сначала маленькие, потом огромные, будто сам океан задышал. — Остановите её! — закричал Ингольф, осознав, что происходит. Ливень стрел и обрушился в землю рядом с ней. Рисса почувствовал резкую боль в плече и правой руке, но ее уже было не остановить: Рисса, выкрикнув заклинание, перешагнула через грань миров, и портал захлопнулся за ней, оставив лишь алое пятно на воде. * В мире Риссы так называют Исландию. ** Гренландия. *** В нашем мире - остров Принца Эдуарда в Канаде Продолжение тут: https://author.today/work/648207 |
|
Последний раз редактировалось Зогар Саг, Сегодня в 15:29.
For when he sings in the dark it is the voice of Death crackling between fleshless jaw-bones. He reveres not, nor fears, nor sinks his crest for any scruple. He strikes, and the strongest man is carrion for flapping things and crawling things. He is a Lord of the Dark Places, and wise are they whose feet disturb not his meditations. (Robert E. Howard "With a Set of Rattlesnake Rattles")
|
|
|
|
|
| Этот пользователь поблагодарил Зогар Саг за это полезное сообщение: | Vlad lev (Сегодня) |